Механизмы радости полностью

И город оказался на месте как первый город, увиденный им еще в детстве, когда мама отвезла его на поезде по длинному травяному лугу, однажды ранним утром, и впереди вставал город, дом за домом, башня за башней, чтобы поглазеть на его прибытие. Город был таким свежим, новым, старым, пугающим, прекрасным.

– Думаю, – сказал Роберт, – мы должны взять ровно столько, чтобы хватило купить бензина на неделю. Остальное положить в первый же ящик для пожертвований беднякам. Мираж – прозрачная река, а люди – жаждущие. Если мы проявим мудрость, то зачерпнем одну чашу, напьемся холодной водицы в жару и уйдем. Если мы перегородим ее плотинами, попытаемся завладеть всей рекой…

Уильям, вглядываясь сквозь шелестящую пыль на ветру, пытался перевести дух и смириться.

– Раз ты так говоришь.

– Не я. Так говорит природа вокруг нас.

– Ну, так я скажу иначе!

Они разом подскочили и обернулись.

На полпути к вершине стоял мотоцикл. Верхом на нем, в радужной масляной пленке, в защитных очках, в маске из смазки на щетинистых щеках сидел их давний знакомый, распираемый спесью и неисчерпаемым презрением.

– Нед Хоппер!

Нед Хоппер изобразил самую зловеще-любезную улыбку, на какую был только способен, отпустил тормоза и прокатился вниз, чтобы остановиться возле старых приятелей.

– Ты… – изумился Роберт.

– Я! Я! Я! – Нед Хоппер четырежды надавил на мотоциклетный клаксон и оглушительно загоготал, запрокинув голову. – Я!

– Заткнись! – гаркнул Роберт. – А не то еще разобьется, как зеркало.

– Что разобьется, как зеркало?

Уильям, уловив беспокойство Роберта, тревожно посмотрел в сторону пустыни.

Мираж содрогнулся, затрепетал, затянулся мглой, затем снова завис в воздухе, как гобелен.

– Ничего там нет! Вы что задумали? – Нед посмотрел на землю, испещренную шинами. – Я проехал двадцать миль, пока не догадался, что вы, мальчики, прячетесь у меня за спиной. И я сказал себе: не похоже это на моих дружков, приведших меня на золотой рудник в сорок седьмом, одолживших мне мотоцикл, сыграв со мной в кости в пятьдесят пятом. Все эти годы мы помогаем друг другу, и тут у вас появляются секреты от старины Неда. И вот я вернулся. Полдня подсматривал с того холма. – Нед поднял бинокль с груди своей замызганной куртки. – Я умею читать по губам, знаете ли. Даже не сомневайтесь! Смотрю, машины заезжают, денежки текут. Вы тут устроили приличное предприятие!

– Говори потише, – предупредил Роберт. – Бывай.

Нед сладко улыбнулся.

– Жаль, что отбываете. Но я, конечно, ценю, что вы съезжаете с моей собственности.

– Твоей! – Роберт и Уильям прикусили языки и перешли на дрожащий шепот. – Твоей?

Нед усмехнулся.

– Как только я увидел, чем вы занимаетесь, я сгонял в Феникс. Видите, из моего заднего кармана выглядывает официальная бумажка?

Действительно, оттуда виднелся аккуратно сложенный лист бумаги.

Уильям протянул руку.

– Нечего доставлять ему удовольствие, – сказал Роберт.

Уильям отдернул руку.

– Думаешь, мы поверим, что ты подал заявку на участок?

Улыбочка в глазах Неда потухла.

– Да. Нет. Даже если я вру, все равно я домчусь до Феникса быстрее, чем ваш драндулет. – Нед изучал участок в бинокль. – Так что выкладывайте все денежки, что вы насобирали после двух часов пополудни, когда я подал заявку, потому что с этого времени вы находитесь на моей земле незаконно.

Роберт швырнул монеты в пыль. Нед Хоппер небрежно глянул на мерцающую мелочь.

– Прямо монетный двор! Чепуха, ничего там нет, но эти простачки готовы за это платить!

Роберт медленно обернулся, чтобы посмотреть на пустыню.

– Ничего не видишь?

Нед буркнул:

– Ничего. Ты и сам знаешь!

– А мы видим! – возмутился Уильям. – Мы…

– Уильям, – одернул его Роберт.

– Но, Боб!

– Ничего там нет. Как он и сказал.

Под рев моторов въезжали новые машины.

– Простите, парни, мне нужно в кассу! – Нед удалился, помахав на прощание. – Да, сэр, мадам! Деньги вперед!

– Почему? – Уильям смотрел вслед убегающему с криками Неду. – Почему мы позволяем ему это делать?

– Подожди, – почти безмятежно сказал Роберт. – Сейчас увидишь.

Они увернулись от «Форда», «Бьюика» и ветхого «Муна».

Сумерки. На холме, в двухстах ярдах выше наблюдательной площадки «Мираж таинственного города» Уильям Бантлин и Роберт Гринхил поджаривали и поедали скромный ужин, состоявший главным образом из фасоли и мизерного количества бекона. Время от времени Роберт поглядывал на происходящее внизу в помятый театральный бинокль.

– С тех пор как мы днем ушли, было тридцать посетителей, – заметил он. – Но скоро закрывать. Солнечного света минут на десять осталось.

Уильям разглядывал фасолину на вилке.

– Повтори, почему, почему, как только нам повезет, из-под земли выскакивает Нед Хоппер?

Роберт подышал на линзу бинокля и протер манжетой.

– Потому что, дружище Уилл, мы чисты сердцем. Мы излучаем свет. И злодеи всех мастей, заприметив свечение из-за гор, говорят себе: «Ага! Вот где они, глупые невинные простачки». И злодеи приходят погреть на нас руки. Я не знаю, что с этим поделать. Разве только перестать излучать свет.