Под последним хозяйка подразумевала огромную дырень в стене, служившую притону парадной. Узнать, где изначально стояла входная дверь, уже не представлялось возможным – половину стен заменили гофрированными панелями и кузовами автомобилей.
– Знаю, – кивнул следопыт, морщась от горячительной жидкости. – Пасут меня с самого прибытия в город.
– После того, как взяли мзду? – удивилась Рексона.
– Нет, я зашел не через парадный вход.
– Черт, Амдэ, ты же знаешь, что за вход надо платить.
Путник кивнул и продолжил посасывать виски.
– Не хочу, чтобы меня обыскивали, – процедил он.
– Боюсь даже спрашивать, что у тебя там, – замотала головой хозяйка. – Только меня в это дело не впутывай.
– Не буду, – поднял брови и кончики губ Амдэ.
– Чё, правда, что ли? Даже ничего не попросишь? – съехидничала Рексона.
Следопыт заерзал на стуле. Эта дамочка слишком хорошо его знала. Все дамочки почему-то хорошо его знали. Это портило жизнь гордому и независимому мужчине.
– Ну… – замялся он. – Мне бы кое-что выяснить. Физически от тебя ничего не требуется. Только информация.
Хозяйка взяла у него опустевший стаканчик и принялась протирать его полотенцем, как во все времена делали бармены. Истончившийся пластик похрустывал.
– Давай, валяй.
Следопыт достал из кармана кольцо со знаком гаммы и показал Рексоне.
– Видела когда-нибудь такой знак?
Она застыла в изумлении. Руки выронили стаканчик. Он полетел вниз. От испуга время замедлилось. Вот он – все ниже и ниже, касается пола и… не разбивается. Единственное преимущество пластика перед стеклом – неприхотливость. Благодаря этому в барах перестала биться посуда, из-за этого умирала Земля.
По реакции хозяйки Амдэ понял, что она уже видела этот знак.
– Такое же кольцо было на хирурге из Хеля, – вымолвила она. – Ты что, его видел? Ты не причинил ему вреда? – Она искренне испугалась.
– Нет. Нашел у плантистов, – сказал следопыт. – А твоего хирурга случайно звали не Каспер?
– Нет. Байер.
Рексона достала из декольте визитку, на которой был нарисован скальпель, имплант и написано имя хирурга – А. Г. Байер.
– Говоришь, он ушел в Хель?
– Да. Сама его провожала до Огненного залива.
«Наверное, в мире больше одного доктора, – подумал Амдэ. – К тому же Каспер точно не может находиться в Хеле, иначе бы не посылал нас туда. Но они могут быть знакомы… Надо срочно выйти на связь. Но сначала – скинуть хвост». В его голове сразу родился план.
– Я бы снял девушку. И комнату. Например, третью. Она же свободна?
– Хочешь стряхнуть хвост? – сообразила Рексона.
Следопыт выругался.
– Вы что, мысли мои читаете? – психанул он.
– Мужчины для нас – открытая книга. Не переживай, это нормально, – попыталась успокоить его хозяйка. – Лея тоже читает тебя?
– В том-то и дело, что нет, – фыркнул Амдэ. – С гиноидами хоть какой-то интерес.
Он хотел открыть левую полу плаща и показать чип памяти своей очередной бывшей Леи, но вспомнил, что за пазухой у него висит скорпион и не стал им никого пугать.
– Чувствуешь себя самостоятельным с этими гиноидами? – Рексона улыбнулась, насколько позволила пластика. – Живая женщина не дала бы тебе спуску.
– В этом ваша проблема.
– Или ваша? – Хозяйка в очередной раз насмешливо подняла одну бровь и подмигнула.
Следопыт почувствовал себя неуютно. Отношения с живыми девушками не клеились именно по причине их психического и эмпатического превосходства над всем, у чего есть кадык. Ему не хотелось лишний раз смотреть горькой правде в лицо.
– Так третья комната свободна?
– Занята, – загадочно улыбнулась хозяйка, словно Джоконда с марок кислотной химии. – Но для тебя освобожу. В порядке исключения, разумеется.
– Я твой должник! – обрадовался Амдэ.
– Хоть бы раз выплатил долг, – нахмурилась Рексона.
– Вернусь из Хеля и все тебе верну. С процентами.
– Вот поэтому женщинам с тобой тяжело, – вздохнула она. – Одни обещания. Ладно, жди пять минут, сейчас освобожу комнату. Занявший ее клиент мне все равно не нравился.
Хозяйка достала из-под стойки помповый дробовик и отправилась к лестнице, заряжая его на ходу. Она грациозно поднялась по ступеням и скрылась из вида, оставив за собой только скрип перекрытий между первым и вторым этажом. Только он стих, как раздался стук, на который ответил пьяный бубнеж, утонувший в тягучем шуме первого этажа притона. Амдэ услышал выстрел из дробовика. «Наверное, предупредительный», – решил он, допивая виски. Через минуту спустилась Рексона. За это время на первом этаже никого не убили и даже не изувечили, поэтому, осмотревшись, она спокойно вздохнула.
– Можешь идти. Только аккуратнее, там новенькая. Чернявая такая, тебе понравится.
– Я не настроен на близость, – процедил следопыт. – Мне это надо ради комнаты.
– А зря, – фыркнула хозяйка борделя. – Хоть отвлекся бы от своих гиноидов, проникся бы настоящим живым общением.
– Спасибо, я еле от прошлого раза излечился, – скривился Амдэ. – Пришлось выжигать паховых мини-мутантов.
– Дело твое. Кстати, время уже пошло.