Жара уже началась, но путники не хотели весь день томиться в ожидании, чтобы опробовать новые транспортные средства. От вездесущего солнца должен был охлаждать поднимающийся при высокой скорости ветер, поэтому они принялись учиться новому для себя искусству левитации прямо по ходу движения. Первой на доску встала девушка. Она плохо держала равновесие, и Амдэ ей помогал. Минут через пять она уже твердо стояла на ногах, паря вокруг следопыта и скорпиона, которые тоже вскоре овладели новым видом транспорта.
– Ну что, проедемся? – оглянулась Деви.
– Давай, только держись за мной.
Они захватили с собой еще несколько досок для костра и выстроились друг за другом у спуска. Сзади Амдэ поставил скорпиона, чтобы тот контролировал тыл и не спускал глаз с гиноида. Она за короткий срок перешла из ранга пленницы в ранг компаньона, впрочем, формально это никто не фиксировал. Ее неопределенный статус накладывал кое-какие обязательства, и Денди их выполнял, присматривая за Деви.
– Отталкивайтесь ногами, – говорила девушка. – Мы будем лететь именно с той силой, которую придадим.
Караван из трех ховербордов двинулся в путь. Доски уверенно парили над мелкими неровностями свалки под названием Земля, но не могли перебраться через обломки стиральных машин, холодильников и грузовиков. Руины зданий вовсе вставали перед ними непреодолимой стеной. Но даже при таком раскладе путники стали двигаться в три раза быстрее. Не самолет, конечно, но прибавка в скорости очень достойная.
За несколько минут они осилили пару километров и начали уставать. Затраты энергии на отталкивание от земли были равносильны затратам на бег. С ростом скорости росла и потребность в физической силе. Трение атомов, пусть и удаленных друг от друга на несколько сантиметров, приводило к быстрому утомлению. Амдэ взмок и запыхался. Деви тоже чувствовала усталость, а скорпион и вовсе отстал на добрую сотню метров. При такой усиленной нагрузке тело не остывало, а нагревалось еще сильнее. Про дневную поездку пришлось забыть, и они вновь остановились на отдых.
– Ладно, ночью продолжим, – пытаясь отдышаться, выдавил из себя следопыт. – Таким темпом к утру мы будем уже у Пита. И еще дня через три у Каспера.
Путники заехали в полуразрушенную градирню древней электростанции. От нее осталось только название и циклопическая труба, в которой небо сужалось до размера одного кроваво-красного глаза, словно сам демиург решил проследить за смертными через прижатую к Земле подзорную трубу. В тактическом плане позиция была опасной – всего два выхода и оба легко обложить, но в плане отдыха – идеальной. Восходящий поток воздуха шел из проходов на самый верх градирни, понижая температуру, а мерный шум ветра перебивал грохочущие звуки заводов, позволял расслабиться и поспать.
Пока скорпион искал дичь, Амдэ отрыл из-под хлама раковину, пристроил ее на возвышении возле стены и очистил от мусора. Оставалось собрать губкой водяной конденсат, медленно стекающий с высоких стен градирни. Он не подходила для питья, зато годился для умывания. Спустя целый час кропотливой добычи воды раковина была наполнена, и следопыт предложил Деви ополоснуться. Чтобы не смущать девушку, он ушел мастерить ловушки. Старые добрые капканы и светошумовые гранаты заняли свое место на страже покоя трех путников. Впервые за долгое время отдых обещал быть по-настоящему полноценным.
Деви помыла свое драгоценное во всех смыслах тело и поблагодарила следопыта за заботу. Тот скромно кивнул, разделывая туши принесенных скорпионом рад-хомяков. Взятых с собой досок могло не хватить для долгого поддержания костра, поэтому Амдэ пролетел по округе в поисках чего-то горючего. Пролетел или проехал – он еще не разобрался в терминологии парения в нескольких сантиметрах над землей. По сути езда на обычных мотоциклах, да и вообще на всем чем угодно, использовала те же законы электромагнитного отталкивания атомов, так что, наверное, полетом это назвать было нельзя.
Следопыт отложил три работающие доски, чтобы не спутать их с досками для костра, развел хороший огонь и принялся готовить упитанных, размером с собак хомяков. Он не ел уже второй день и аппетитно облизывался. Гиноиду требовалось заместить углеродные элементы питания, поэтому она тоже предвкушала сытный завтрак. Денди с большей радостью отведал бы корума, но удобрение закончилось, поэтому приходилось довольствоваться типичной пищей его вида – мясом жестоко убиенных существ.
За завтраком Амдэ и Деви улыбались друг другу, мило беседуя на отвлеченные темы. Их эмпатия слилась в один на двоих поток чувств и эмоций, уносящий далеко от трудностей бытия. Если в прежние времена они с грустью искали смысл жизни, то теперь вспоминали себя прошлых с жалостью и сочувствием. Зачем искать то, что окружает тебя со всех сторон, обволакивает с головы до пят? Вот же он, смысл, в этих милых беседах и взаимных приятностях.