Как пара, выигравшая отдых в пятизвездочном отеле, они неспешно готовились ко сну. Деви готовила мягкий уголок из ветоши, а Амдэ впервые за месяц побрился. Он помолодел лет на десять и уже не казался измученным жизнью стариком. Девушка с удовлетворением обнаружила у него волевой подбородок и по-мужски идеальный рот.
– У тебя были отношения? – спросила Деви, укладываясь поближе к стене.
– Я десять лет в Пустоши, так что да, были, – ответил Амдэ, пытаясь сохранять спокойствие.
– И как? Что они собой представляют? – Девушка повернулась к нему спиной и закрыла глаза. Помимо очевидного этот расспрос был для нее расслабляющей подготовкой ко сну.
– Ну, – замялся следопыт и лег рядом. – Двум молодым становится так хорошо вместе, что они начинают чувствовать эмоции друг друга, разделять их, получая от этого радость, чувство удовлетворенности и покоя.
– Как нам сейчас?
– Типа того.
Амдэ положил рядом с Деви свой плащ, на случай если сквозняк усилится, обнял ее и уткнулся лицом в ее мягкие волосы. Дышать через них было прекрасно. Может, играли чувства, а может, синтетические волокна служили неким фильтром и задерживали грязные частицы из воздуха.
Больше слов не потребовалось. Даже в молчании они испытывали чувство удовлетворенности и покоя, которое редко кому удается испытать в течение целой жизни. Большой опыт общения с девушками казался Амдэ простой глупостью по сравнению с настоящим, чистым ощущением гармонии рядом с Деви. Восемь жалких попыток под кодовым названием «Лея» выглядели теперь комично – трата времени на симуляцию отношений и сил на поддержание их в худом равновесии. Просто безумие, если оглянуться назад. И зачем он вообще пытался создать себе суженую? Ее нельзя запрограммировать, ее можно только найти. И ведь не вычеркнешь их из жизни, не забудешь. Они будут висеть грозной тенью над их с Деви отношениями. Амдэ раскаивался, как блудный сын, вернувшийся в родные края. Чем теперь стереть пошлый след от своих старых желаний?
Следопыт заснул раньше, чем понял смысл этой последней фразы. Подумай он еще на минуту дольше, и дальнейших проблем можно было бы избежать. И жили бы эти двое долго и счастливо. И умерли бы в один день. Хотя, если учесть предрекаемый Каспером конец света, они в любом случае умрут в один день.
Расслабившись, как никогда прежде, Амдэ проспал двенадцать часов к ряду. Когда он проснулся, стоял поздний вечер, в круглом отверстии градирни над головой, словно в перевернутой луже, плескалось северное сияние. Он бы и дальше спал, не стучи скорпион по его лицу. Мелкие ножки питомца отгоняли сладкие сновидения подобно тому, как ветер разгоняет тепло перед штормом.
Следопыт почуял неладное и вскочил. Деви нигде не было. Рядом с собой он увидел только вывернутый наизнанку плащ с торчащими из-за заплатки чипами его бывших. Видимо, Деви замерзла и укрылась плащом, да так неудачно, что увидела восемь чипов, которые болван Амдэ забыл спрятать поглубже или вообще выбросить от греха подальше. Он представить не мог, в какое отчаяние впала девушка. Как это все выглядело со стороны? Деви прониклась ответными чувствами к вроде бы доброму, заботливому мужчине, а на поверку он оказался охотником за чипами гиноидов, носящим с собой их «мозги», как дикарь ожерелье из черепов. Ее и след простыл, но вечер только опускался на Пустошь, а значит, похолодало совсем недавно. Деви не должна была далеко уйти. Ее еще можно было вернуть.
– Куда она пошла?
«Цок-цок». – Скорпион показал клешней на южный выход из градирни. Амдэ побросал вещи в рюкзак и ринулся следом за Деви. Она забрала ховерборд следопыта, чтобы не позволить ему догнать себя, но в спешке забыла про доску скорпиона, которую тот предусмотрительно зарыл вместе с собой на ночлег.
– Прыгай на меня, поедем вдвоем! – крикнул Амдэ.
Укрыв питомца под плащом, он разогнался до высокой скорости и направился на юг, пытаясь найти след Деви. Солнце только садилось, и Пустошь еще не полностью перешла во власть кроваво-красной ночи. Амдэ оглядел местность через окуляры бинокля и увидел изящную фигурку гиноида, парящую в нескольких километрах вдали.
Сложно было ее догнать – доски одинаково отзывались на толчки и парили примерно с одинаковой скоростью, но расстроенный чудовищным недопониманием следопыт вкладывал в погоню все силы.
Почти столько же вкладывала и девушка, нагло преданная, как ей казалось, Амдэ. Он ее обманул, обвел вокруг пальца. А она, дура, едва в него не влюбилась. Ведь не влюбилась же? Хотелось верить, что нет.
Несмотря на примерно равную скорость, у следопыта бело преимущество в знании Пустоши. Он замечал невидимые обычному глазу ямы, читал признаки приближающейся опасности и предугадывал ловушки. Вот и сейчас он увидел, как Деви поворачивает к востоку, куда внутреннее чутье Амдэ категорически запрещало соваться. Он сократил расстояние до километра и пока еще не мог докричаться до девушки, чтобы уберечь ее от опасности.
Он почти настиг ее, когда они оба оказались в ловушке. Десять каннибалов выпрыгнули из неприметных нор и бросились наперерез двум путникам.
– Стой, Деви!