Все это произошло за считаные секунды. Шерьер, крепко держа плененного демона, направился дальше по коридору. Впереди их ждал тупик. Три двери вели в три разные комнаты.
– Куда? – коротко спросил Микель.
Льёненпапиль заколебался. С одной стороны, он хотел поскорее покончить со всем этим. С другой – оставался шанс, что, встретив достойное сопротивление, шерьер выпустит его руку или хотя бы ослабит хватку. Он кивнул на одну из дверей, и через мгновение они оказались в оружейной, полной крепких стражников. Дверь с лязгом захлопнулась, и перед ней тут же вырос здоровенный бугай. Бежать было поздно. Демон приготовился стремительно ретироваться при первой же возможности.
То, что он увидел в следующую минуту, повергло его в трепет и перевернуло все планы. Две дюжины сильных воинов, нелюдей из личной охраны морского царя, полегли на пол, а Микель не только руки его не выпустил – даже не вспотел.
– Куда дальше? – спросил он.
Льёненпапиль почти бессознательно кивнул в сторону двери в дальнем углу.
– Ты где научился так драться? – спросил он, когда шерьер волок его за собой к следующей комнате.
Микель, полный решимости и тревоги, не счел нужным отвечать. Он подгонял тормозящего его демона, то и дело дергая за руку. Оббегав половину дворца, они уложили сотни две отборных стражников. Наконец очередной поворот вывел их к двери, у которой демон меньше всего хотел оказаться.
Шерьер вопросительно посмотрел на спутника.
– О нет, нет, это покои морской царицы. Нас казнят, если мы сюда сунемся! – Льёненпапиль замотал головой, возможно, чересчур рьяно.
Будто почувствовав подвох, Микель дернул его обратно к себе и решительно толкнул дверь. Та не поддалась.
– Открывай.
От тона голоса шерьера у демона по всему телу пробежал холодок. Замирая от ужаса, он сглотнул и все-таки отступил на шаг. Тогда Микель одним стремительным движением бросил его на дверь и прижал к ней. Льёненпапиль почувствовал, как его рукой парень отбивает знакомый ритм. Дверь начала открываться. Демон затрясся мелкой дрожью, припал к широкой груди шерьера и съежился, будто пытаясь стать меньше, незаметнее. Не обращая внимания на прилипалу, Микель толкнул дверь и вошел в комнату.
Это явно были личные царские покои. Просторные, светлые, отделанные всеми оттенками синего и голубого, украшенные серебром, они вызывали приятное чувство комфорта, а витающий в воздухе будуарный аромат фиалок будоражил кровь. В центре комнаты, под полупрозрачным темно-синим пологом, расшитым серебристыми бисерными звездами, раскинулось просторное ложе.
На нем угадывались два знакомых силуэта. До вошедших донесся всхлип.
«Прекратите! – хотел было закричать Микель. – Это не тот, кому вы хотите отомстить!»
Но прежде, чем шерьер успел открыть рот, демон, воспользовавшись его замешательством, вырвался на свободу, рванул со всех ног к алькову, дернул полог и с горьким возгласом сквозь слезы прокричал:
– Шелест! Как ты мог нас спутать?!
Легкая ткань медленно опустилась, открывая невольным зрителям наилучший обзор на распластанного на ложе Реми и морского царя Шелестиаля, склонившегося над ним с занесенным кинжалом в руке.
Микель и Льёненпапиль замерли, а демон даже покраснел от гнева.
Морской царь обернулся и вдруг оглушительно расхохотался:
– Ну вы и копуши!
Лицо Реми было залито слезами. Он поднял на своего шерьера взгляд, полный злости и обиды, и выплюнул:
– Ты опоздал.
Реми пришел в себя на просторной постели в роскошно убранной комнате. Он уже где-то видел завитки лепнины и орнаменты на стенах и покрывалах. Реми напряг память: что-то похожее показывал ему Микель, утверждая, что это вархосские орнаменты.
Микель. Он велел следовать за ним и скрылся в тоннеле, но, прежде чем Реми двинулся с места, чертов демон что-то сделал. Наручники, побег, еще одна потайная дверь в стене. Что же случилось дальше? Последним, что он помнил, было мужское лицо, а затем…
Он подскочил. Тот мужчина завел его в свои покои. Но силы покинули Реми, и он потерял сознание. Какой позор… Раздумывать времени не было. Стоило поторопиться, если он хотел покинуть это место незамеченным.
Юноша поскорее подбежал к единственной двери и взялся за ручку. Прежде чем он успел ее повернуть, дверь распахнулась, и на пороге возник тот самый человек с подносом, полным необыкновенной еды. Икра мятного окуня, крохотные морские кролики самых немыслимых расцветок, жареные остропятые угри – Реми видел их на картинках, в Этуайе считалось, что они давно вымерли, – и уйма других неведомых блюд. Среди всего этого великолепия стояла бутыль вина «Звездный мальчик», которая пробудила в нем не слишком приятные воспоминания об одном из последних ужинов в компании Микеля.
– О, ты уже проснулся. – Человек вошел. Щелкнул замок. – Прости, что оставил тебя. Проголодался? Поешь.
– Где я? – сразу спросил Реми.
