– Мои покои так изменились за эти годы, что ты уже не узнаешь их? – Хозяин замка поставил поднос с едой на прикроватный столик. – А ведь мы подолгу здесь с тобой беседовали и делились откровениями. Я помню твой голос, помню каждое твое слово…
Мужчина протянул руку к лицу юного короля, и того прошиб холодный пот. Он поспешно отстранился, осознав, что одет в легкую воздушную сорочку до колен с кружевным воротником и пышными рукавами.
– Зачем меня переодели? – бледнея, спросил он.
– То, что было на тебе надето, уже и одеждой не назовешь. Так, грязные лохмотья, – ответил мужчина. – Сказал бы лучше спасибо за заботу.
Было очевидно, что этот человек – морской царь. И похоже, сейчас он думал, что Реми – это демон Льёненпапиль. Надо было срочно его переубедить. Юноша лихорадочно соображал. Что делать: раскрыть себя и оказаться в плену или же притвориться тем самым демоном и при первом удобном случае сбежать? Оба варианта имели изъяны. В первом случае его с большой вероятностью убьют, чтобы сохранить тайну Вархосии. Морское царство считалось легендарным, никто не верил в его существование. Как только станет известно, что это не миф, сотни кладоискателей и любителей наживы тут же устремятся сюда.
Пока он размышлял, морской царь встал прямо перед ним.
– Должно быть, ты утомился, – заботливо сообщил он, быстрым движением уложил Реми на обе лопатки, уселся рядом и цыкнул. – Так исхудал… Проголодался?
В мозгу тут же всплыла та первая ночь, когда он влез в комнату шерьера и оказался в точно таком же положении. В какой-то момент Реми даже уловил в облике морского царя что-то смутно напоминающее Микеля. Король тут же начал проклинать себя за эти мысли. А когда тот стал пихать ему в рот какой-то сомнительный склизкий морепродукт, решение о раскрытии своей личности принялось как-то само собой.
– Постойте, Шелестиаль, я не ваша Тихая Волна! Я не Льёненпапиль! Прекратите сейчас же!
Морской владыка и бровью не повел, ни на секунду не прекратив своих манипуляций, только наклонился ниже, к Реми, и, глядя ему прямо в глаза, произнес:
– Не пытайся меня обмануть, Лён. Теперь тебе больше не сбежать!
Руки короля мгновенно попали в плен ладоней Шелестиаля. Хватка морского царя была настолько сильной, что все попытки вырваться равнялись нулю и привели только к тому, что Реми быстро ослаб.
Юноша в очередной раз проклял свое тело. Только бы вернуться во дворец, и он сразу начнет упражняться. Нет, он, конечно, не был хилым, но крепость мускулов никогда его не заботила. Ловкость, гибкость, скорость движений и их бесшумность – все это было куда важнее. Он оттачивал эти навыки годами и никогда не думал, что пожалеет о том, что не стремился развивать силу.
В отчаянии юноша воспользовался последним доступным ему оружием – речью. Он что есть мочи завопил:
– Я не лгу! Меня зовут Реми, я – этуайский король! Если вы что-нибудь сделаете со мной, то мои подданные и моя мать вас…
Он не сумел договорить, так как губы его накрыла ладонь царя. Реми крепко сжал зубы и решил, что будет стоять до последнего и дорого продаст свою жизнь. Он стал барахтаться, лягаться, мотать головой, выкручивать руки, чуть ли не выворачивая самому себе запястья.
Мужчина зловеще усмехнулся и дернул кисточку висящего над ними шнурка. Полупрозрачный синий полог, расшитый серебристыми звездами, опустился будто с неба.
– Я, конечно, добрый, но даже у царского терпения есть предел. Когда ты сбежал, первые годы я думал, что умру от горя. Потом десятилетиями сходил с ума. Ну а теперь… Что ж, попробуй угадать, чего я хочу теперь?
Пленный монарх почувствовал, что руки его получили свободу. Он обрадовался, но вдруг увидел блеснувшее у лица лезвие кинжала.
Реми уже прощался с жизнью, когда царь одним быстрым движением разрезал надвое сорочку. Шелестиаль посмотрел на его беззащитное тело, словно примеряясь, куда повыгоднее вонзить кинжал, чтобы пленник не умер мгновенно, а подольше помучался.
Юноше хотелось кричать, но от накатившего чувства беспомощности он сумел выдавить из себя лишь позорные рыдания. Он несколько раз ударил мужчину кулаками в широкую грудь, не причинив тому, впрочем, никакого вреда. И добился лишь того, что Шелестиаль с силой развернул его лицом вниз. Реми стиснул зубы и зажмурился, приготовившись к смерти, как вдруг почувствовал, что царь убирает руку, и услышал странные звуки, подозрительно похожие на сдерживаемый смех.
Осторожно приоткрыв глаз, юноша обнаружил, что мужчина по-прежнему сидит рядом, но кинжал покоится в отдалении, руки наглеца скрещены на груди, а на лице гуляет солнечная улыбка.
– Видел бы ты себя сейчас! А-ха-ха! – наконец выпалил он. – Ты что, всерьез подумал, что я тебя убью? Бедняга. Ну прости, прости, глупая была шутка. Думаешь, я не отличу свою Тихую Волну от подделки?
– Чего…
