Народу было полно. Там и тут виднелись яркие разноцветные прилавки, у которых толкались покупатели и праздные зеваки. Люди сновали от лотка к лотку, прицениваясь к товарам. Торговцы надрывались, наперебой зазывая публику. Некоторые выкрикивали придуманные по случаи стишки.
Микель потащил Реми в гущу толпы. Людской поток подхватил их и понес в неизвестном направлении. Выбраться из суетливой круговерти удалось не скоро. Повсюду болтали, горячо спорили, хохотали и пихались локтями. Это было ново и необычно. Король смотрел во все глаза, слушал во все уши и дивился разнообразию лиц и характеров. Буйство красок, то и дело выныривающие из ниоткуда разносчики, ворчащие старики, смеющиеся дети – голова шла кругом. Если бы Микель не сжимал его руку так крепко, они бы давным-давно потеряли друг друга.
Наконец юноши вынырнули на менее оживленную улицу. Походка шерьера изменилась. Микель шел по-прежнему споро, но скособочился и прихрамывал. Он потирал поясницу и сердито ворчал себе под нос. Видимо, кто-то случайно двинул его в спину или наступил на ногу, решил Реми. А может, и то и другое.
Кажется, они неплохо запутали следы. Даже если стражники обнаружат тайник в сундуке и умудрятся выбрать правильный тоннель, все равно их не нагонят. Беглецы остановились в закутке у рыбного прилавка. Микель наконец разжал пальцы и шумно выдохнул.
Только тут король почувствовал, что карман оттягивает что-то тяжелое. Он сунул туда руку и вытащил потрепанный мешочек. Развязал шнурок и обомлел: внутри было полно серебряных и медных монет. За толику сочувствия Пьер отплатил ему десятикратно: не только рискнул жизнью, но и, похоже, отдал все свои накопления. У Реми защемило сердце. Он тупо уставился на мешочек с монетами, не понимая, что делать.
Голос Микеля вывел его из оцепенения:
– Раз уж мы здесь и при деньгах, как ты смотришь на то, чтобы немного повеселиться?
– С ума сошел? – зашипел Реми. – Все это надо вернуть! И вообще у нас куча дел: разобраться с самозванцем на троне, узнать, что с мамой, найти сбежавшего разбойника, уйти от убийц и выяснить, кто стоит за всем этим, а еще…
– Погоди, погоди, я тебя услышал. – Микель бесцеремонно накрыл его рот ладонью. – Я все понимаю, Реми, но прямо сейчас метаться ни к чему. Дай себе пару часов отдыха. Отвлечься, успокоиться и собраться с мыслями – вот что тебе сейчас нужно. Заодно потолкаемся среди людей. Послушаем, что говорят. Так и узнаем, что творится во дворце, да и по всей стране.
Убедившись, что король успокоился, он убрал руку.
– Пару часов? – протянул Реми. – Думаю, вреда не будет. Мне и правда не помешает немного прийти в себя. Но что, если нас обнаружат и схватят?
– Вряд ли кто-то узнает нас в этой одежде.
Реми удовлетворенно кивнул. Пьер и в этом оказался прозорлив. Микель походил на обычного городского торговца, только что вышедшего из своей лавки сластей. Если не вглядываться в его глаза, конечно. Реми же был одет как парнишка-ремесленник – вылитый подмастерье. Умница Пьер не забыл даже про свободный картуз, под которым скрылись приметные волосы короля.
– Ну, куда ты хочешь пойти первым делом? – спросил Микель.
– А куда надо?
– Но у тебя же наверняка есть любимое ярмарочное развлечение.
Юноша оглядел оживленную толпу, гирлянды цветных флажков, горожан, что следили за весельем из окон, и развел руками.
– Да я вообще-то ни разу не бывал на ярмарках.
– Что? – Микель опешил. – То есть ты никогда не ловил хорька? И не участвовал в гонке драконов?
Реми отрицательно покачал головой.
– А как насчет фейерверков? Ты же пускал фейерверки? Скажи еще, что не пробовал фигурных аппарейских сладостей!
Король смущенно отвел глаза:
– Чего ты от меня хочешь? Я всегда заботился о чести семьи и не позволял себе ничего лишнего, кроме… Ну, ты знаешь, ночных вылазок. Что бы подумал народ о короле, который развлекается наравне с простолюдинами?
– Да народ бы обожал короля, который его не чурается! – ответил Микель.
Нет, все-таки он был невероятным. Каждый раз умудрялся перевернуть с ног на голову представления Реми о жизни. Еще и без всяких усилий. И вот что самое странное: король все чаще с ним соглашался, хотя раньше за собой такого не замечал.
– Всего несколько дней назад я и подумать не мог, что буду болтаться со своим бестолковым шерьером по подземельям Этуайи, – сказал он. – И посмотри, что с нами теперь?
Микель улыбнулся и потащил его к ближайшему прилавку. Там были разложены необыкновенные сладости: печенье в виде драконов, разрисованное сахарной глазурью, цветные леденцовые палочки в золотых звездах, черные меренги, вафли с каким-то незнакомым кремом и фруктами, хурма в карамели. Дети обступили лоток, не в силах от него оторваться. Да и взрослые нет-нет да оглядывались, чуя вкусный запах.
Король взял в руки одну меренгу.
– Это точно съедобно? – спросил он с сомнением. – Кажется, оно подгорело.
– Не оскорбляй мастерство кондитера, – улыбнулся Микель.
– Оно черное, если ты не заметил, – сообщил Реми и поймал на себе сердитый взгляд торговца.
– Просто попробуй, – сказал Микель, отсчитывая монеты и протягивая их хозяину лотка.
