Луицци приготовился читать, но Каролина остановила его:
— Подождите минутку, пока я не уйду. Я проведаю раненого, а затем буду на коленях молить Бога о прощении за тот пожар любви, что пронесся по моей душе и, как я только что убедилась, не совсем угас.
Она вышла, и Арман углубился в чтение.
