— Только посмотри на себя, — визжит она, направляясь ко мне.
— Я же говорила, что его униформа просто секс! — говорит Кара, пока я стою в оцепенении, молча пуская слюни на женщину, которая сегодня будет в моих руках.
— Уверена, что хочешь пойти туда? Мы можем просто остаться дома и заказать что-нибудь на вынос, — наконец, выдавливаю я.
— Да ладно, ты обещал мне ночь танцев с ужином и напитками. Возможно, я даже выпью немного спиртного, и ты знаешь, что произойдёт, когда мы вернемся домой, — подмигивает мне совершенно новая Джесси.
— Ладно, детишки, развлекайтесь. — Кара гладит меня по заднице. Я пребываю в шоке, а Джесси просто смеется. — Будь осторожна, Джей-Джей, и если решишь пробежаться нагишом, сначала позвони мне, — говорит она, и я вопросительно смотрю на Джесс.
— Заткнись. Еще раз спасибо за платье, — Джесси обнимает Кару, и мы направляемся к двери.
— Не за что. На самом деле, это Бретт должен будет поблагодарить меня, когда увидит, что у тебя под... — Джесс прикрывает рукой рот Кары и что-то шепчет ей на ухо.
— Ладно-ладно, — едва разборчиво бурчит Кара.
— Пойдем, — спокойно говорит Джесси, словно за последние десять секунд ничего не произошло.
— Хм, конечно, — кладу руку чуть выше ее задницы и веду за дверь. — Пока, Кара, — кричу я через плечо.
— Развратной ночи. Не забывай, что ты у меня в долгу. Мы сможем обсудить оплату позже, — девушка взрывается смехом и закрывает дверь.
— Что все это было? — спрашиваю у Джесси, когда мы выходим.
— Потом увидишь, — она бросает мне сексуальную улыбочку.
— Если ты не дашь ни одной подсказки, тогда, по крайней мере, скажи, почему тебя зовут Джей-Джей? Я хотел спросить еще со Дня благодарения.
— Меня зовут Джесси Джеймс Эддисон, — отвечает девушка, и я замираю. Конечно же, она шутит. Кто назвал бы свою дочь Джесси Джеймс?
— Нет, это не так, — начинаю смеяться, но останавливаюсь, когда Джесс подмигивает мне: «поверь, это так». — Подожди, ты серьезно?
— Да, мой отец был большим поклонником вестернов. Мама думала, что родится мальчик, поэтому, когда папа закатил истерику по поводу того, что хочет назвать меня Джесси Джеймс, она согласилась. И проблем не возникло, пока не родилась я. Без пениса. Мама говорит, что она спорила с ним, но другие имена, которые он выбрал, были так ужасны, что, в конце концов, она сдалась.
— Я могу кое-что сказать и не разозлить тебя? — выражение ее лица подразумевает, что не могу, но это мне не мешает. — Это имя очень сексуально! Не спрашивай меня почему, но оно, определенно, заводит.
— Потому что это имя порно-звезды или стриптизерши? — у Джесси проскальзывает вспышка неуверенности.
— Нет, детка, это твое имя. И оно очень тебе подходит. Если я и узнал что-то о тебе за последние месяцы, так это то, что у тебя дихотомия. Ты позволяешь людям видеть одну сторону, тогда как другую — альтер эго смелой женщины показываешь только близким. Мне нравится эта женщина Джесси Джеймс, — притягиваю девушку к себе и прижимаюсь к ней бедрами.
Я знаю ее слабость; в какой-то момент Джесси превращается в сексуального зверя. С ее губ срывается мягкий стон, и волна возбуждения проносится по моему телу. Меня накрывает чувство удовлетворения, пока я удерживаю Джесс в своих руках. Открываю рот и начинаю произносить слова, на которые у меня нет никакого права.
— Я люблю... — слава Богу, успеваю остановиться и не сказать самого важного.
Но это не мешает моему разуму выдумать абсурдный ответ. Я собираюсь жениться на этой женщине.
Что?! Еб*ть. Понятия не имею, откуда это взялось. Мои мысли абсурдны, в лучшем случае. Во-первых, я не могу жениться на ней, потому что уже женат. Во-вторых, мне нельзя вступать в новые отношения, как ранее произошло с Сарой. Я не могу снова потерять ее. Черт побери, Джесси не Сара! Кричу про себя. У любой ситуации есть и хорошие стороны, и плохие. Боже. Я ненавижу свою жизнь. Этот внутренний монолог убивает меня, поэтому решаю сосредоточить свое внимание на Джесс.
Она не реагирует, и, как идиот, я вздыхаю с облегчением. Девушка, должно быть, не услышала меня. Затем я осознаю, что Бог меня ненавидит. Большие карие глаза вопросительно смотрят на меня снизу вверх, пока Джесс стоит на тротуаре у квартиры, а затем озвучивает проклятый вопрос, который может изменить все.
— Что ты любишь, Бретт?
— Я люблю звуки твоего имени, Джесси Джеймс. И собираюсь повторять его снова и снова, — секс. Отлично, секс — безопасная тема. Буду придерживаться этой позиции.
— О... ну, да. Мне тоже нравится, как оно звучит, — Джесс пытается притвориться, что не разочарована моим ответом. Я вижу это по ее взгляду. Понимаю, что она надеялась на большее, но у меня нет на это права.
— Давай, красавица, я обещал тебе ужин, напитки и танцы, — Джесс молчит, разочарование проявляется на ее лице.
