— Юна, — продолжала пихаться Сирена. — Юна, да просыпайся уже наконец!
Стол неприятно давил на щёку, и я поднялась. Аудитория опустела: все ушли, за исключением нас двоих. Портреты иверийцев, написанные чернильными росчерками, осуждающе смотрели со стен. Я узнала бородатого старика Тибра в его простом обруче и примирительно ему кивнула. Тот не ответил. Автор этих набросков явно был талантливее, чем художник «Летописей Квертинда», поэтому я даже различила Мелиру, похожую на ту, что висела в домике старосты Фарелби. На этом мои знания об иверийцах заканчивались, но я почтила их всех взглядами и мысленно извинилась за невнимание. На доске всё ещё белела последняя тема магистра Айро, в проходе между сидениями валялись смятые листки и одна игральная кость.
— Гадость, — фыркнула Сирена и брезгливо оторвала от моего лица кусочек прилипшего пергамента. — Надо было настроить часы играть каждый час. Думаю, Лоним сможет это поправить.
— Тогда если не я разобью их, то Джермонд точно устроит этой магии механизмов жестокую расправу, — совершенно искренне поведала я.
— Пойдём после обеда в бестиатриум на занятия факультета Омена? — подруга спускалась, изящно лавируя между бумажным мусором. — Хочу посмотреть на огненную магию магистра Фаренсиса. Это так завораживает — наблюдать, как сильный мужчина укрощает опасную и непокорную стихию.
— Ты хочешь посмотреть на магистра Фаренсиса или на Лонима? — резонно уточнила я.
— Мы с Лонимом просто друзья, — начала оправдываться Сирена. — И у него есть Лилия. Конечно, интеллектуально она не превосходит рудвика, но если ему комфортно в этих отношениях… Знаешь, как говорят в аристократических кругах Нуотолиниса, каждый выбирает для себя женщину, зависимость и бога.
Мне хотелось пояснить Сирене, что это мы с Лонимом просто друзья, а об их высоких и сложных отношениях знает уже вся академия, но внезапно выход нам преградили две красивые леди со змеиными тиалями. Мой сонный мозг лениво пытался понять, что целительницы забыли в аудитории для первокурсников. Щека всё ещё ныла после долгой встречи с каменной столешницей, и мне совсем не хотелось с кем-либо общаться. К счастью, старшекурсниц интересовала не я.
— Сирена, — Лилия медленно приблизилась, оглядываясь, — я знаю, что ты положила глаз на Лонима.
За спиной у девушки Лонима стояла Ракель. Я залюбовалась её диковинной красотой. Карие глаза были очерчены иссиня-чёрными ресницами, белый тиаль с алмазами подчёркивал ровную смуглую кожу девушки. Из-под гладких, блестящих волос выглядывали капельки прозрачных серёжек. Но больше всего меня поражала та спокойная грация, с которой держалась целительница. Даже в мимолётных движениях она напоминала пантеру из книг о редких животных. Вальяжную, но всегда готовую к смертельному прыжку. Артур как-то рассказывал, что её богатый отец родом из Таххарии-хан. Я вспомнила свою мать и подумала, что я ни капли не похожа на Ракель. Хотя тоже наполовину была таххарийкой.
— Серьёзно? — леди Эстель насмешливо сложила руки на груди. — Неужели ты сама до этого додумалась?
— Да! — выкрикнула Лилия, неуверенно оглядываясь на Ракель. — Все в академии уже знают об этом!
— Допустим, — неохотно согласилась Сирена. — И каков твой план? Вызовешь меня на дуэль? Залечишь до щекотки?
— Нет! — голос Лилии сорвался на визг. — Я хочу, чтобы…
— Залулукаешь? — перебила серебристая лилия, изображая ужас на лице.
— Нет, — Лилия явно не поняла такого слишком изящного оскорбления и немного успокоилась. — Я хочу, чтобы ты принесла Обет Девейны не подходить к Лониму.
— Что? — хохотнула Сирена. — А если он сам ко мне подойдёт? Что ж мне теперь, умирать?
— Я не шучу, — замялась Лилия. — Я видела твою склонность исцеления на церемонии определения. Принеси Обет Пресвятой Девейны!
— Лилия, — сочувственно выдохнула Сирена и взяла девушку за плечи. — Я не хочу воевать с тобой. Я желаю тебе счастья с парнем, которого ты выберешь и который подойдёт тебе, как Девейне подходит Толмунд. Только чтобы вы никогда не разлучались, как они. Две половинки одного целого, воплощённого в двух началах — мужском и женском.
— Правда? — наивно удивилась Лилия, отступая. — Ты желаешь нам с Лонимом счастья?
— Вообще-то я имела в виду Зака Маффина, — леди Эстель назидательно вытянула пальчик.
Лилия продолжала хлопать глазами, но тут Ракель обогнула её, в два шага оказалась рядом и, схватив Сирену за её идеальные кудри, резко дёрнула к себе.
— Ты принесёшь Обет Девейны сейчас или останешься без своих тусклых лохм! — прорычала Ракель.
Мне понадобилось меньше секунды, чтобы оценить позицию девушек и схватить Ракель за запястье. Свободным локтем я накрыла её руку и развернула старшекурсницу лицом вниз, не отпуская. Она вскрикнула и выпустила Сирену. Получилось слишком легко, я даже испугалась, что повредила красивое тело Ракель. Но, убедившись, что рука её цела, я несильно надавила на плечо, слегка выворачивая сустав. Для фиксации.
— Отпусти, — протяжно и мерзко завыла Ракель. — Мне больно, отпусти!
— Сирене тоже было больно, — прошептала я, склонившись над её ухом.
