— Если бы я вмешался, это было бы их победой, — спокойно пояснил Джермонд. — Они не хотели тебя побить, они хотели унизить. Показать твою слабость тебе самой. Ты должна была легко справиться. Они для тебя не противники. Как ты собиралась убить Кирмоса лин де Блайта, если тебя отделала парочка отсталых студентов?
— Это ты их нанял! — я попыталась встать и отойти, но упала обратно, держась за него. — Чтобы они убили меня!
— Ты правда думаешь, что если бы я хотел тебя убить, то нанял бы Зака Маффина и Родрика Трейсли? — он усмехнулся и помог мне подняться. — В академии есть более способные студенты.
— Ты просто стоял и смотрел! — снова бездумно выкрикнула я.
Я понимала, что во мне говорят злость и обида, но не могла остановиться и замолчать.
— Брось, не так уж сильно тебя избили, — заметил он. — Если бы дело дошло до серьёзной драки, я бы вмешался. Это хороший урок, который был тебе нужен.
— Как видишь, я не справилась, — я отошла от него и постаралась поймать равновесие, чтобы не упасть. — Они правы. Я слабачка, ни на что не способная истеричная пустышка. Вы все правы.
— Это не так, — недоумённо возразил Джер. — Ты же сама знаешь, что это не так. Просто у тебя был плохой день, который сильно тебя подкосил. Но он сделал тебя сильнее и умнее.
— Знаешь, что? — я приблизилась и посмотрела ему в глаза. — Катись ты к Толмунду со своими уроками! Ты мне не нужен.
Я не стала дожидаться его ответа, развернулась и поковыляла к замку. Ментор молча шёл со мной до самой академической площади. Я не знала, о чем он думал, но сейчас мне было всё равно. Мне не хотелось его видеть и слышать. И тем более — слушать.
Ближе к статуе семи богов Джер наконец отстал. Я облегчённо прислонилась к постаменту бронзовых покровителей и перевела дыхание. Ярость и злость угасали, забирая и силы, которые они придавали. Ноги подкосились, и я схватилась за липкий от мороза металл, чтобы не упасть.
Нужно было идти дальше. С ментором или без него. Или — против него. Я должна была двигаться, и мне нужно было быть сильной и готовой к быстрым решениям, несмотря ни на что. В любой ситуации. Я положила грязную от крови руку на сапог Ревда и подняла глаза. Магистр Калькут говорила, что боги слышат нас в своих святилищах. Может, статуя тоже была их общим святилищем?
— Ревд, прошу тебя, — взмолилась я. — Прошу, дай мне сил и решимости не медлить в самый важный для меня короткий миг, который изменит всё.
Ревд оставался безмолвен, и я уронила голову к его холодным ступням. Не знаю, слышал ли он меня, но хотелось верить, что да. Мне очень нужна была вера, а он был единственным, кто мог её дать — веру в саму себя. Веру в новый день, несущий перемены, в которых я отчаянно нуждалась. Как Каас. Как люди из Ордена Крона, мечтающие изменить завтрашний день Квертинда. Сегодня я их полностью понимала. Ведь сегодня мой день был очень, очень, очень плохим.
Я всё ещё дышала, хоть и с некоторым трудом. Каждый вдох отдавался болью где-то в области рёбер, поэтому половину ночи мне пришлось искать удобную позу, чтобы немного поспать. Сон всё-таки сморил меня, измученную вчерашними событиями, но утром глаза не открылись. И причина была не в том, что мне хотелось ещё поспать, а в том, что лицо опухло и стало напоминать плотно набитый луковицами чулок. Казалось, ещё чуть-чуть — и кожа треснет, обнажив янтарную шелуху.
Я села на кровати, игнорируя болезненный протест мышц и головокружение. Один глаз всё-таки удалось разлепить. Как раз в самый удачный момент, чтобы увидеть ужас и гнев на лице Сирены. Фиди подбежала ко мне, приложила влажную холстину к щеке. Кожу мелко защипало, но прохлада была приятной.
— Ракель, — ответила я на повисший в воздухе вопрос. — И Зак Маффин. И ещё какой-то… студент.
— Я тебе говорила! — запричитала студентка Эстель, вскакивая и начиная бегать по комнате. — Я знала, что эта драная кошка что-то замышляет!
— Давай принесу новую, — Фиди отлепила ткань от моего лица и удалилась в комнату гигиены.
— Мы ждали тебя до самой ночи! — отчитывала меня Сирена. — Почему ты вообще была одна? А их трое! Вот же копрофаги, чтоб их стадо вепрей затоптало!
— Меня, кажется, уже затоптало, — я ощупала лицо, проигнорировав вопрос подруги.
Фиди вернулась и снова принялась промакивать меня холстиной.
— Дамна вернётся из города только к празднику, — Сирена задумчиво наблюдала за процессом. — Идём к магистру Калькут?
— Нет, — однозначно отрезала я. — В таком случае ей придётся всё рассказать. Именно этого они и хотят — моих жалоб.
Леди Эстель снова заметалась по комнате, отбивая весьма танцевальный ритм каблучками. Выглядела она сосредоточенной.
