– Студьентка Лавбук, прояфите сдержанность! – встряхивает ректор Аддисад свою мейлори. – Во́зьми себя в руки! Десятки студьентов и тысячи жителе́й нуждаются в тфоей помощи гораздо больше, чем я. Даже хотя бы эти детьи. Обе́щай, что сохра́нишь академию.
Первокурсники в львиных капюшонах мнутся, прячут взгляд. Самая маленькая из девушек хнычет, утирая нос рукавом. Я оборачиваюсь и вижу, как вода за спиной вздымается, омывает пристань волнами, оставляя на её поверхности коричневые скрюченные тельца. Они кряхтят, поднимаются, нелепо отряхиваются.
– Обещаю, – обречённо сдаётся студентка Лавбук, глядя за спину ректора. – Сделаю всё возможное.
– Ну, идите же, – ректор Аддисад отталкивает свою мейлори и повышает голос: – Прочь!
Мотана смотрит на ректора неотрывно, и взгляд её полон слёз и отчаяния. И я обнаруживаю, что распознаю на вид чужие эмоции, хотя совсем не чувствую те, что испытывает мой проводник. Студентка Лавбук со стоном отворачивается, что-то кричит первокурсникам, и те срываются с места. Надалия Аддисад смотрит им вслед несколько секунд, и я терпеливо жду продолжения. Она поворачивается и пытается мне что-то сказать, но я впервые слышу свой голос.
– Даже не думай меня прогонять, – строго перебиваю я. – Я тебе не мейлори. Её связь с тобой может позволить ей покинуть тебя. Моя же – никогда.
К моему удивлению, Надалия Аддисад улыбается и согласно кивает. Корявые монстры уже высыпали на берег, собрались в небольшую стайку. Я снова поскальзываюсь в своей неудобной обуви и падаю, привлекая внимание жутких созданий. Они вскидываются и бегут прямо на нас, но вода потоком откидывает их назад. Надалия читает воззвания к Вейну, и тот наполняет её ладони голубой магией. Руки ректора направляют мощные тяжёлые струи, отбрасывающие щуплые тельца. Каждый их них, барахтаясь, светится фиолетовой аурой, и рядом появляются десятки, сотни их собратьев. Я вскрикиваю, подбегаю к Надалии и кладу ладони ей на грудь, ощущая в ней боль и дрожь. Мои руки светятся магией исцеления, и тело смягчается, но я не чувствую слабости.
– Ты у меня сильная, – хвалю я, обнимая голову женщины. – Настоящая защитница, львица!
– Жаль, что не крылатая, – хрипло смеётся в ответ ректор. – Надо было бе́жать не в Кфертинд, а в Веллапольское кньяжестфо.
– Теперь уже поздно бежать, Нади, – её дрожь передаётся мне, и мы обнимаемся, стараясь поддержать друг друга.
– Стой здесь, – устало приказывает Надалия, отстраняясь. – Я позо́фу, когда понадо́бится тфоя помощь.
