– Что это? – я всё ещё улыбалась, как одна из театральных масок. – Каас, зачем это?
Внезапная паника, безотчётная, сковывающая, взметнулась во мне пожаром, выжгла победную радость, но разум тормозил, отказываясь осознавать происходящее. Я подняла руку к знаку соединения, и рельеф паука успокоил меня. Только стало стыдно от того, что Джер опять почувствует связь.
– Мы убили ментора чёрного паука, как и хотели, – Каас подбежал ко мне, схватил за руки. – Свободный Квертинд, помнишь?
Мокрым Каас был ещё красивее, и я на секунду залюбовалась каплями, что слезами стекали по лицу моего друга. Кинжал в его руках быстро обмывался уже частым дождём, кровавые ручейки перетекали на мои запястья. Нет… Боги, нет!
– Нас ждут в приюте, – стязатель потащил меня к тропинке.
– Джер не Кирмос лин де Блайт, – сообщила я, покорно перебирая ногами и оборачиваясь.
Мой ментор лежал на спине под дождём и смотрел в дождливое небо. Из мужской груди ритмично брызгала густая кровь, растекаясь в лужу.
– На войне бывают случайные жертвы, а мы на войне, – бормотал Каас. – Доберёмся до приюта. Он не мог ошибиться, просто не мог. Он сам тебе всё объяснит. Объяснит, почему умер твой ментор.
– Но он жив, – я выдернула руку и снова потрогала шею. – Мой ментор жив!
Чёрный паук, казалось, в этот раз сам погладил мои пальцы свои прохладными лапами. Я со всех ног бросилась к Джеру по скользкой от дождя земле. Поскользнулась, упала, встала и снова побежала, не отпуская знак соединения. Он был жив, это точно. Ему нужна была помощь. Я осторожно наклонилась к ментору, прислонившись к его щеке, чтобы согреть, укрыть от дождя. Только, кажется, я сама была ледяной от ужаса.
– Не бойся, прекрати бояться, – зашептал мне на ухо Джер, хватая рваным дыханием воздух.
Я обрадовалась, услышав его голос. Мой ментор жив!
– Прости меня, прости… я не буду бояться никогда, больше никогда, – я торопилась со словами. – Только выживи, пожалуйста. Мы с тобой ещё столько не успели.
Глупая, глупая, глупая маленькая Юна! Зачем я это говорю? Конечно, он выживет.
– Очень многое, – тихо рассмеялся он.
– Ты ещё должен взять меня на выездные занятия, магистр Десент! – выпалила я первое, что пришло в голову. – Ты обещал, помнишь?
Я накрыла рану ладонью, пытаясь сообразить, как лечат такие повреждения. Тёплая кровь забилась под рукой, запузырилась сквозь пальцы. Дурной, предательский стон сорвался с моих губ. Надо чем-то перевязать.
– Конечно, возьму, Юна, – Джер попытался усмехнуться, но закашлялся. – Мы ещё побегаем по этим склонам. Съездим в гости к Сирене. Побываем в Лангсорде, на его фигурных мостах. И в болотистом Астрайте. Ты ведь хочешь увидеть Квертинд, Юна?
– Хочу, очень хочу, – слишком быстро согласилась я. – Но только с тобой. Ты сам мне его покажешь!
– Я тоже хочу этого, – признался он, всматриваясь в хмурое небо. – Когда-нибудь посетим Фарелби, и ты научишь меня ловить рыбу.
– Не верю, что ты чего-то не умеешь, – я попыталась улыбнуться, но вырвался только жуткий всхлип, который чуть не перешёл в поток слёз.
Тяжёлые дождевые капли падали всё чаще, угрожая разразиться настоящим ливнем. Я оторвала рукав от своей сорочки, скомкала и прижала к ране. Кровь не остановилась, и я зарычала от досады.
– Я тоже в это не верил, – Джер стал бледным, почти белым, как туман Кроуница.
– Нет! – я надавила сверху ладонью. – Ты не умрёшь! Ты не заслужил такой смерти! Только не ты!
Слёзы душили меня, но я не плакала. Конечно, Джер не умрёт. Если я заплачу – признаю непоправимое. А я не собиралась его признавать. Я не отдам Джера ни богам, ни судьбе, ни смерти. Нет. Это мой ментор.
– Я не заслужил… – он захрипел, собираясь с силами, и едва разборчиво выдохнул мне на ухо: – Я не заслужил тебя, Юна.
Дождь всё усиливался, и я обняла Джера, сильнее прижимая к себе, пряча его от холодных капель. Нет. Не отдам! Я попыталась поднять его, но упала, поскользнувшись на мокрой траве. Джер не может умереть, так не бывает даже в самых тёмных сказках. Мне нужно было чудо. Безумное чудо, ты должно свершиться!
– Пожалуйста, живи, – попросила я, прижимаясь губами к его губам.
Я была готова вдохнуть в него жизнь, отдать свою, если нужно, только бы остановить то, что теперь казалось неизбежным. Я была вся в этом холодном поцелуе, пыталась впитать слабое дыхание Джера. Мне хотелось, чтобы он ответил, чтобы прижал меня к себе. Но всё, что я почувствовала, – как губы ментора растягиваются в слабую улыбку. Последняя надежда, как свободная птица, расправила крылья в моей душе и, вместе с головой Джера, рухнула вниз потоком тяжёлого ливня. Ментор больше не смотрел на меня. Глаза его закрылись, веки моментально намокли. Ручейки стекали с кончиков моих кос прямо на его лицо, и я торопливо откинула их за спину.
– Джер! – требовательно позвала я. – Посмотри на меня!
Он не отзывался. Что-то поменялось в его внешности, неотвратимо ушло навсегда, но я никак не могла понять, что. Нет. Нет! Джер не умрёт.
– Это я тебя не заслужила! – закричала я, крепко обнимая голову Джера. – Я предала тебя! Умоляю, не умирай!
