— Это тебя не касается, — неожиданно холодно и надменно произнесла Аврора. — Я взрослая девочка и сама могу со всем справиться, — она фыркнула и недовольно скрестила руки на груди, будто он нанес ей личную обиду, сомневаясь в её возможностях. — Нет, — перебила она, выставив ладонь, когда Абрахас вновь раскрыл рот, — не надо, ты ведь и сам этого не хочешь, так давай просто забудем об этом, как о страшном сне. Просто объявим о том, что пока решили повременить с помолвкой, а через время и вовсе от неё откажемся. Твой отец говорил, что это может принести дурную славу вашей семье, так что давай сделаем по-умному. Он не должен был принимать за нас такое решение, это вообще не имеет смысла…
— Аврора! — не выдержал Абрахас, до этого молча выслушивающий весь этот бред. Он наклонился над столом и схватил её за запястья, пригвоздив их к столу и приблизив её к себе. — Немедленно прекрати! Твоя цель мне ясна — все мы держим в руках собственную судьбу и принимаем самостоятельные решения, я согласен с тобой, но я… Чёрт, — он резко мотнул головой и на миг оскалился. Сделав несколько медленных вдохов и выдохов, он попытался успокоить бешено колотящееся сердце. — Я не думал, что мы начнём с тобой ругаться, — наконец выдавил Абрахас, — я пришел просто поговорить… Я только сейчас, воистину, серьезно задумался, во что нас с тобой втянули, — попытался он собрать воедино мысли, которые ускользали в разных направлениях.
— Вот именно, — заявила Аврора, обозначая очевидное. — Всё-таки твой отец очень хитрый и умный человек, — рассудила она, высвободив одну руку из-под его ладони и проведя пальцем по запотевшему от холода стакану, заставляя маленькие капельки собираться в ручейки. — Это так странно, ему и ко мне удалось найти подход, его доводы такие правдоподобные, что первые два дня я находилась будто в трансе, искренне полагая, что предлагаемый им выход и впрямь является единственно верным решением. Но я прозрела, точно проснулась, осознала, что это принесет тебе боль… — её руки дрожали. — Я не хочу предавать тебя, Абрахас, — голос радикально изменился до негромкого, понимающего, печального. — Я не хочу, чтобы ты думал, что для меня так важны деньги…
Но она говорила то же самое, что и в начале, пускай и в других интерпретациях. Бедная Аврора не понимала, что этими словами ещё сильнее вводит его в уныние, ещё больнее ему становилось, только ярче обозначалось чувство жалости и несправедливости. И всё громче звучал голос отца в голове, побуждающий к решительным действиям… Да, лорд Малфой был великолепным гроссмейстером и манипулятором, он взял жалость, сострадание и преумножил их в несколько раз; он предупреждал, что Аврора, естественно, пойдёт на попятную, будет неумолима, но, мантикора его задери, он был прав… Она нуждается в помощи, хоть и не принимает её, уж слишком чиста и горда её натура, привыкшая взваливать все тяготы на себя. И вот она сидит и несмело улыбается, делая вид, что всё в порядке, поддерживает Абрахаса, хотя сама нуждается в поддержке. И эта её невинность вкупе с попыткой быть независимой раздражали ещё сильнее, заставляя Абрахаса чувствовать, как волосы на затылке встают дыбом. Он выпрямился на стуле и собрал все силы в кулак, намереваясь поступить правильно, пускай именно это и советовал его отец, желающий заполучить себе в родственники невестку — потомка самого Мерлина.
— Давай попробуем, — пробубнил он. — Просто попробуем и будем знать наверняка, что нам…
Всего миг его речи она не понимала, что Абрахас имеет в виду, но тут её глаза обрели практически идеально круглую форму, а рот открылся в изумлении:
— Ты с ума сошёл? — рявкнула она, вскочив со стула, который со скрипом отодвинулся и, точно не решаясь, через миг с грохотом опрокинулся на спинку. — Мы друзья с тобой, или ты не помнишь? — свирепствовала Аврора, неверяще прижимая кулачок к груди. — Ты же мне как брат! Я бы никогда не подумала, что ты склонишься к такому решению! Неужели ты настолько зависишь от воли лорда Малфоя? Да и я всё ещё люблю Тома, тебя это не смущает?
В следующий момент Аврора дернулась назад и едва не споткнулась об упавший стул, больно врезавшись в его ножку щиколоткой, когда Абрахас вскочил вслед за ней, точно так же уронив свой стул: на лице его отобразилась гримаса ярости, которой она никогда не видела. Бледное лицо не собиралось краснеть, и от того выглядело ещё более устрашающим:
— Забудь ты этого ублюдка! Он тебя бросил! — вскипел Абрахас, едва ли не брызжа слюной, и в этот момент вдруг так сильно стал похож на своего отца, что у Авроры едва не оборвалось сердце. Нет, она не боялась лорда Малфоя, но он внушал ей определённые опасения. — Том никогда не уважал тебя и в кнат не ставил твои чувства. Его исчезновение — прямое тому доказательство. Он встречался с тобой только потому, что ему платил за это мой отец!
