Малинин взял протянутый пакет с каким-то необычно маленьким пистолетом.
– «Глок», – заключил он, быстро осмотрев находку. – Компактная игрушка. Дамская.
– Хотите сказать, что стреляла женщина?
– Нет. Вряд ли. Тут нужен мужской характер. Зная, что здесь полно моих людей, убить свидетеля…
– Почему вы думаете, что этот кто-то знал?..
И хотя Малинин не ответил, она и сама догадалась. Кто-то сдал Зябу заказчику похищения. Кто-то из людей Малинина проболтался. Интересный поворот.
Вскоре приехал наряд полиции во главе с капитаном Убориным. Высыпав из бело-синего «уазика», парни в форме быстро отгородили место происшествия лентой и создали на первый взгляд хаотичную суету. Уборин руководил процессом, бросая на Малинина и остальных неодобрительные взгляды. Капитана можно было понять: то журналистов мочат, то дома горят, то трупы на скамейках. Скорее бы эти гости нашего любимого города свалили к себе в свою культурную, так ее растак, столицу.
Вся эта суета была утомительна, а терпение никогда не входило в список добродетелей Жанны Румянцевой. Возле Малинина и его людей показался Слава. Он немного поговорил с ними, потом увидел ее, подошел.
– Сижу в машине, смотрю, тут суета началась. Наши бегают, ты здесь. А я вот Олега Валерьевича с женой в магазин привез, – пояснил Слава. – Они там одежду мальчишке покупают.
– У него же температура вчера была.
– Да вроде нет. Нормальный пацан. Смешной такой. Рыжий. На мать похож…
Показалось, или в голосе Славы послышались нежные нотки? Этот суровый парень с эллинским носом любит детей? Сама Жанна не считала себя, как сейчас говорили, чайлдфри. И иногда прикидывала на себя роль матери. И эта роль ее не пугала. Вернее, пугала, но не сильно. Дети казались ей всего лишь забавными человечками, такими же, как и взрослые, с ними просто надо уметь разговаривать. Когда в рейсе случались пассажиры с детьми, ее это не раздражало. Наоборот, даже нравилось сказать плаксивому надоеде что-то смешное, подарить конфету или какой-нибудь сувенирный магнитик. Когда малыш утирал слезы и начинал улыбаться, родители искренне благодарили.
– Маленькие все смешные, – улыбнулась она.
– Не скажи. Просто рожать надо от нормальных мужиков. А то белая раса скоро вымрет. Останутся одни абдурахманы… – Слава посмотрел на задумчивое лицо Жанны. – Скажи, что я не прав?
Она не знала, что ответить. И как.
– А что, Элеонора Васильевна тоже здесь? – спросила она, просто чтобы что-то сказать.
– Ну да, втроем. Одежду парню лучше ее никто не выберет.
Жанна кивнула. Очень странные отношения в этой семье. Очень. А может, так и положено в этих кругах? Странно ведь, что Инга, что Нора Белковская были одинаково чужими для Жанны людьми. Почему же ее так заботит их судьба? Возможно, дело в той пресловутой справедливости, о которой она пусть и мельком, но заикнулась Малинину? Инга не вызывала у Жанны теплых чувств, особенно после всех этих фантазий про семью. У женщины явные проблемы с головой. Есть ведь даже какой-то научный термин для таких паталогических лжецов – псевдология, кажется. Как бы там ни было, теперь доказать невиновность Инги будет сложно. Главное, что человек, который все это затеял, останется неизвестным. Умно. Как он узнал о том, что нашли Зябликова? И как осмелился выстрелить почти в упор, не боясь быть пойманным? Или он такой отморозок, что ему все нипочем? Вопросы и никаких ответов. Все ответы под белой простыней на носилках сейчас поедут в театр. Анатомический.
– Нет, такой поездки у нас еще не было…
Жанна вернулась в действительность. Оказывается, Слава все время что-то говорил, она все пропустила.
– Олег Валерьевич часто в Самаре бывает?
– Да почти каждый месяц, я ж говорил. Тут у него всякий разный бизнес, надо держать руку на пульсе.
– А личный охранник – это престижно? Прости за глупый вопрос, но любопытно.
Слава понимающе улыбнулся.
– Да. Лучше, чем простым охранником: куда пошлют, туда и бежишь. Тут и живешь всегда рядом с шефом, и ешь в одном с ним ресторане, и на мероприятия ходишь. Есть, конечно, нюансы. В случае чего придется шефа телом закрыть. Но не такой уж Олег Валерьевич крутой олигарх, чтобы его убить хотели. Да и будь он олигархом, меня бы к нему и близко не подпустили. Все ж квалификация у меня не та. Моя задача – это быстро и безопасно возить, в случае чего шефа из-под удара вывести.
– А у Элеоноры Васильевны тоже свой охранник?
Слава поджал губы.
– Есть. Но она часто одна ездит и по городу ходит. Не боится ничего. У нее даже как-то пытались авто угнать: выкинули из машины на стоянке и хотели уехать.
– И?
– Она скинула туфли, догнала их, распласталась на капоте, как они ни старались, так и не смогли ее скинуть. Бросили машину и сбежали.
Картина, нарисованная Славой, была столь великолепна, что Жанна засмеялась против воли.
– Я эту сцену собственными глазами видел. Как раз тогда еще на служебной стоянке «Скайтранса» работал, потом меня уже в личную охрану перевели. Говорю же, это не женщина – валькирия.
