Мертвая река полностью

Одна, если не считать духа волка. Но волк умер хорошо. Как умерла бы и она сама.

Ее беспокоит не его дух.

Да и одиночество – не повод волноваться. Раньше она уже была одна.

Куда волнительнее вот что – как быть дальше?

Она слышит снаружи нисходящую свистящую трель, повторяющуюся снова и снова.

Сова с какой-то далекой ветки зовет свою пару.

Свист затихает под грохот волн.

– Прекрати, Роджер!

Он уже дважды на нее брызгал, и третий раз вышел особенно метким. Но если такое повторится – она заберется в бассейн и своими руками утопит мелкого засранца.

Господи, ох уж эти мальчишки!

– Эге-гей, Пег! Прыгай в бассейн! Жарища страшная!

Да, все верно. Было очень жарко. И она предпочла бы быть где угодно, только не на этом дурацком приеме в саду с сосисками и бургерами, где ей никто не даст пива – только лимонад. А папа, мама, их соседи и так называемые друзья, конечно же, ни в чем себе не отказывают – целый день только и делают, что прибухивают.

Она здесь чувствовала себя в ловушке. Как и все время в эти дни. В толстовке было жарче, чем в аду. Но она не собиралась снимать ее и лезть в эту чертову воду.

Только не по настоянию Роджера Калтсаса, висевшего на бортике бассейна рядом с ее болтающимися длинными загорелыми ногами – с такими глазами, что никакой стояк не был бы красноречивее.

– Все норм, Роджер, спасибо.

Роджеру было четырнадцать, а ей – шестнадцать, и он вряд ли прочел хоть одну книгу не из школьной программы. Кроме того, ему пока не хватало такта сетовать на жизнь про себя.

– Вот сука, – пробормотал он и оттолкнулся от бортика бассейна.

– Я все слышала, мудила, – сказала она. Но к тому времени его уши, вероятно, были заполнены хлорированной водой.

Что ж, хотя бы ее ногам было приятно в воде.

По крайней мере, ее мама и папа больше не заставляли ее ходить в бассейн. Не так уж давно ей было тринадцать, и она только начала округляться, как выразилась мама – почему, черт возьми, взрослые так любят эвфемизмы? – и Белл настаивала, чтобы она плавала. Они тогда здорово поцапались. Белл сказала, что она не должна стыдиться того, что становится женщиной. Пегги ответила, что ей не стыдно, но в данный момент ее соски больше, чем груди, и она хочет подождать, пока сиськи немного подрастут. Ты не против, мама?

Поначалу отец был на стороне матери. Но затем согласился с Пегги. Она на это и рассчитывала. Так что тем летом – и следующим тоже, – никакого бассейна не было.

А в пятнадцать она была полностью готова, и не без удовольствия влезла в черный цельный купальник с низким вырезом. Теперь и это ей недоступно.

Пег вытерла тонкую полоску пота с верхней губы. «Пора выпить лимонада», – подумала она. Она поставила ноги на бортик бассейна и встала; увидела, как мать идет к отцу через двор позади мистера и миссис Симс, занятых небольшим мангалом с грилем. В руках у матери было две банки пива, одна – себе, другая для отца. Отец курил «Винстон» под березой.

Это несправедливо, черт возьми.

Лимонад.

– Крис?

– Да, детка.

Она протянула ему холодную бутылку пива «Миклоб».

– Ты моя спасительница, Белл, ты это знаешь? Спасибо.

Она всегда предугадывала его желания. Он знал, что это доставляло ей удовольствие.

Он сделал большой глоток и наблюдал, как она пьет. Это была ее первая бутылка за день. Она выпьет еще одну за обедом. Белл была надежна и стабильна, как часы, и две бутылки были ее абсолютным пределом. Два пива или два бокала вина, и никакого крепкого алкоголя вообще. Хотя сам он любил скотч. Но в такую жарищу «Мик» – то, что нужно.

- Дин хочет с тобой поговорить, - сказала она.

Он посмотрел мимо нее на столы для пикника. Дин сидел в одиночестве, потягивая «Будвайзер». Жара нешуточно поджаривала ему лысину. Он был одет в брюки цвета хаки и подтяжки поверх белой футболки, и имел свой обычный вид похмельной псины. И еще он смотрел в его сторону – и выглядел по-настоящему готовым к разговору.

Вот черт! Не самое лучшее время...

Он улыбнулся жене.

– Почему ты так решила, Белл?

Его тон взволновал ее, он это видел. И Белл растерялась.

– Он просто...

– Если Дин захочет поговорить со мной, он подойдет и поговорит. Я бы съел бургер. Они уже готовы, Белл?

Она сделала еще один быстрый глоток «Микелоба» – почти непроизвольный, этакий спазм.

– Я не знаю... Сейчас проверю.

– Хорошо. И присмотри за Дорогушей, ладно? Она снова пристает к этому мальчику, Клэппу. Нужно дать ей понять, что нельзя так, верно же?