— Мастер Шардлейк, насколько я понимаю, при покойном Генрихе вы служили королеве Екатерине Парр, — произнес Кетт. — Скажите, а вам доводилось встречаться с ее братом Уильямом Парром, ныне маркизом Нортгемптоном?
— Всего один раз.
— Вы можете описать его наружность? — спросил Майлс.
— Худощавый, среднего роста, с заостренными чертами лица, каштановыми волосами и ярко-рыжей бородой. Сейчас ему должно быть под сорок.
Майлс и Кетт обменялись многозначительными взглядами.
— Значит, это и впрямь он, а не кто-то из норфолкских дворян, назвавшийся его именем, — пробормотал Роберт и вновь повернулся ко мне. — На нас идет армия под командованием человека, которого вы описали. Его помощник — молодой лорд Шеффилд, местный дворянин, пользующийся весьма скверной репутацией.
— Что вы можете сказать о способностях Парра как командира? — обратился ко мне Майлс.
— Он вошел в Тайный совет лишь потому, что приходился братом покойной королеве. Глупым его никак не назовешь, но особым умом он тоже не отличается. Вне всякого сомнения, Парр весьма искусен как придворный, но не думаю, что он обладает опытом ведения военных действий.
— Богом клянусь, сейчас им негде отыскать опытных командиров, — повернувшись к Кетту, заметил Майлс. — Вы можете назвать Парра своим другом? — спросил он, буравя меня глазами.
— Разумеется, нет. Как я уже сказал, мы с ним встречались лишь однажды. Я был всецело предан королеве Екатерине, но она умерла.
— Армия Нортгемптона движется в сторону Норфолка. По нашим расчетам, она будет здесь дня через три, — переплетя пальцы, сообщил Кетт. — Надеюсь, нам вновь улыбнется удача. Среди них действительно есть итальянские наемники, однако не более трех сотен на полуторатысячную армию. Даже если итальянские наемники не так трусливы, как швейцарские или германские, мы в состоянии дать им отпор. Наша армия насчитывает пять тысяч человек, прошедших военное обучение, не говоря уже о нориджских бедняках, готовых принять участие в уличных боях. Ваши друзья, Эдвард Браун, Майкл Воувелл и Тоби Локвуд, немало потрудились, чтобы вооружить городских жителей и подготовить их к возможной битве.
— Конечно, без жертв не обойдется, — угрюмо изрек Майлс. — Но я не сомневаюсь в нашей победе. Вместе с армией в Норфолк возвращается множество богатых землевладельцев: сэр Ричард Саутвелл, сэр Томас Пастон и прочие. С ними другие вельможи в сопровождении своих вассалов. Но людей, искушенных в военном деле, среди наших врагов почти нет. — Майлс хрипло рассмеялся. — Я вдоволь нагляделся на аристократов во Франции и в Шотландии и понял: высокое происхождение отнюдь не делает человека отважным воином.
Итак, Саутвелл возвращается, подумал я. Скорее всего, вместе с ним вернутся и его приспешники, такие как Джон Аткинсон. Можно не сомневаться, среди тех, кто вступит в бой с повстанцами, будут и братья Болейн. А вот Фловердью наверняка предпочтет остаться в безопасности: в Лондоне или в любом другом месте, где у него имеется надежное пристанище.
— Есть какие-нибудь известия от леди Марии? — спросил Майлс, повернувшись к Кетту.
— Она по-прежнему в Кеннингхолле. Согласно договору, который мы заключили с Саутвеллом, дочери Генриха доставляют провизию и все необходимое. — Кетт усмехнулся. — Сомневаюсь, что Саутвелл сообщил об этом договоре протектору.
— Возможно, через несколько дней Саутвелл будет мертв, — изрек Майлс. — Так же, как и многие другие.
— Вы с Бараком останетесь в лагере, — распорядился Роберт, глядя на меня.
— Понимаю, что от меня во время сражения пользы будет не много. Но Джек рвется в бой.
— Делайте все, что в ваших силах, дабы поднять боевой дух людей, — обратился Кетт к Майлсу. — Победить может лишь тот, кто верит в свою победу. Если мы разобьем армию, весть об этом облетит страну, как набат.
В тот же день я отправился в Норидж. На городских стенах и у ворот был выставлен караул из повстанцев. Явившись в замок, я застал Николаса и Болейна за игрой в шахматы. Как и все прочие, они были осведомлены о скором прибытии правительственной армии. Николас выглядел намного лучше, чем в прошлый раз: еда, которую присылала Изабелла, явно пошла ему на пользу. Овертон сообщил, что они тщательно осматривают корзинки с провизией, проверяя, не открывал ли их кто-нибудь. Расставшись с ними, я направился к Чаури и Изабелле. На мое предложение покинуть город, где, возможно, вскоре вспыхнет сражение, Изабелла ответила решительным отказом, заявив, что ни за что не оставит мужа. Чаури, разумеется, намеревался быть рядом с нею.
