– Обычные парни не приглашают меня на свидания. – Я больше не краснела – стояла, выпрямив спину, чувствуя, что выгляжу и веду себя одинаково вызывающе.
– Но, милая, – протянула Чарлси Тутен, – солнышко… Билл болен.
– Я знаю, – сказала я, чувствуя, что вот-вот выйду из себя.
– Я думал, ты скажешь, что встречаешься с чернокожим, но ты выбрала более оригинальный вариант, да? – сказал Лафайет, глядя на свои накрашенные ногти.
Сэм молчал. Он стоял, опираясь на барную стойку, и вокруг его рта видна была белая линия – как будто он прикусил щеку.
Я с вызовом смотрела на них в ответ, требуя, чтобы они либо сказали, что думают, либо заткнулись. Арлин приняла решение первой.
– Ладно. Главное, чтобы он тебя не обижал, а не то встретится с нашими кольями. – Они все рассмеялись, пусть и не слишком искренне.
– Зато ты сэкономишь на продуктах, – сказал Лафайет.
Но затем Сэм одним движением разрушил все. От неуверенного принятия не осталось и следа, потому что он резко приблизился ко мне и оттянул в сторону воротник моей тенниски.
Установившуюся тишину можно было бы резать ножом.
– Твою мать, – очень тихо сказал Лафайет.
Я посмотрела Сэму прямо в глаза, думая, что никогда не прощу ему этот поступок.
– Не смей трогать мою одежду, – сказала я ему, отступая на шаг назад и поправляя воротник. – И не лезь в мою личную жизнь.
– Я беспокоюсь. Я боюсь за тебя, – сказал он. Арлин и Чарлси поспешно нашли чем себя занять.
– Это не так. Или не совсем так. Ты злишься. Так что послушай сюда, приятель. Раньше надо было думать. – И я отошла, чтобы протереть клеенку на одном из столиков.
Потом я собрала все солонки и наполнила их, проверила перечницы и бутылки с соусом чили на столиках и в кабинках. Затем пришла очередь табаско. Я просто продолжала работать и смотрела прямо перед собой, и атмосфера, в конце концов, перестала быть такой напряженной.
Сэм ушел в кабинет, чтобы заняться бумажной работой или вроде того. Меня не волновало, что именно он делает, пока он держал свое мнение при себе. Я все еще чувствовала себя так, как будто он покусился на что-то личное, обнажив мою шею. Я не простила Сэма, но Арлин и Чарлси тоже погрузились в работу, и к моменту, когда вечерняя толпа начала редеть, мы снова чувствовали себя комфортно рядом друг с другом. Когда мы столкнулись в туалете, Арлин сказала:
– Послушай, Сьюки, не могу не спросить. Вампиры правда так хороши, как о них говорят? В постели, я имею в виду.
Я молча улыбнулась.
В тот вечер Билл появился в баре, как только стемнело. Мне пришлось задержаться на работе, поскольку у официантки из вечерней смены сломалась машина. Мгновение назад его не было, но через секунду он будто соткался из воздуха, замедлившись, чтобы я заметила его приближение. Если у Билла были какие-то сомнения насчет того, выносить ли наши отношения на публику, он их не показал.
Он сжал мои пальцы и мягко поцеловал их – у любого другого этот жест выглядел бы фальшивым. Я почувствовала прикосновение его губ к тыльной стороне ладони как будто всем телом, содрогнувшись от макушки до пят, и он точно это понимал.
– Как ты себя чувствуешь? – прошептал Билл, и я вздрогнула.
– Немного… – Я не могла заставить себя говорить.
– Можешь рассказать позже, – предложил он. – Когда ты освободишься?
– Как только Сьюзи доберется до нас.
– Приезжай ко мне.
– Хорошо. – Я улыбнулась ему, чувствуя, как голова начинает кружиться от радости. И Билл улыбнулся в ответ – хотя с учетом того, что моя близость заставила его показать клыки, кто-то другой мог бы счесть эту улыбку пугающей.
Он наклонился, чтобы поцеловать меня, – его губы легко коснулись моей щеки, – и повернулся, чтобы уйти. Но именно в этот момент все полетело к чертям.
В бар вошли Малькольм и Диана. Они распахнули дверь так, как будто репетировали этот момент, – и, конечно, они произвели впечатление. Интересно, где Лиам. Возможно, паркует машину? Было бы глупо надеяться, что они оставили его дома.
Жители Бон-Темпса начали привыкать к Биллу, но эпатажный Малькольм и не менее эпатажная Диана наделали шума. В первую очередь я подумала о том, что из-за них людям будет сложно принять наши с Биллом отношения.
Малькольм был одет в кожаные штаны и что-то вроде рубашки из цепочек. Он словно сошел с обложки рок-альбома. На Диане был слитный обтягивающий комбинезон из лаймово-зеленой лайкры или похожей ткани, очень тонкой и тянущейся. Я, наверное, могла бы сосчитать волоски на ее лобке, если бы захотела. Чернокожие нечасто заходили в бар Сэма, но Диану это определенно могло не волновать. Я видела, как Лафайет таращится на них из кухни с восхищением, сдобренным страхом.
При виде Билла вампиры завопили в притворном удивлении – похоже, изображая пьяных. Насколько я могла сказать, Билл был не в восторге от их появления. Но он казался готовым разобраться с ними так же спокойно, как разбирался с прочими проблемами.
