Малькольм наградил его приветственным поцелуем, Диана поступила так же. Сложно было сказать, что возмутило завсегдатаев бара больше. Я подумала, что в интересах Билла было бы показать, что ему такое противно, и чем скорее, тем лучше, – если, конечно, он хотел сохранить хорошие отношения с живущими в Бон-Темпсе людьми.
Билл, не склонный к глупостям, отступил на шаг и обнял меня, как бы говоря, что ассоциирует себя не с вампирами, а с людьми.
– Ого, твоя маленькая официантка все еще жива, – сказала Диана. Ее высокий голос разнесся по всему бару. – Разве не удивительно.
– Ее бабушку убили на прошлой неделе, – тихо произнес Билл, пытаясь задавить желание Дианы устроить скандал.
Взгляд ее выпуклых карих глаз остановился на мне, и меня пробрал озноб.
– Правда? – Она рассмеялась.
Ну все. После такого никто ее не простит. Если бы Билл попросил меня помочь ему улучшить свою репутацию среди местных, я бы точно предложила нечто подобное. С другой стороны, отвращение, которое нарастало среди посетителей бара, могло обрушиться на Билла точно так же, как на этих отщепенцев.
Конечно, для Дианы и ее друзей в отщепенца превратился уже сам Билл.
– Когда уже тебя убьют, деточка? – Диана провела ногтем по моему подбородку, и я оттолкнула ее руку.
Она набросилась бы на меня, если бы Малькольм не схватил ее за руку – лениво, как будто это не стоило ему никаких усилий. Но я видела напряжение в его позе.
– Билл, – сказал он непринужденно, как будто ему не приходилось прикладывать все свои силы, чтобы удержать Диану на месте. – Я слышал, в этом городе наблюдается прискорбное сокращение низкоквалифицированной рабочей силы. И маленькая птичка в Шривпорте напела мне, что вас с подружкой видели в «Фангтазии». Вы спрашивали, кто из вампиров проводил время с убитыми клыколюбками. Ты знаешь, что это закрытая информация.
Лицо Малькольма неожиданно сделалось настолько серьезным, что я по-настоящему испугалась.
– Некоторым из нас нет дела до… бейсбола… и… – Я поняла, что он пытается вспомнить какую-нибудь отвратительно человеческую привычку, – и барбекю! Мы вампиры!
Он произнес это слово с нажимом, вкладывая в голос магию, и я видела, что многие посетители бара попали под его чары. Малькольм был достаточно умен, чтобы попытаться исправить отвратительное впечатление, произведенное Дианой, но это не мешало ему демонстрировать презрение к тем, кого она задела.
Я наступила ему на ногу, стараясь сделать это как можно больнее. Он оскалился в мою сторону. Посетители бара встряхнулись и заморгали.
– Почему бы вам не убраться отсюда, мистер? – спросил Рене. Он сгорбился над барной стойкой, поставив локти с обеих сторон от кружки пива.
Одну долгую секунду я физически чувствовала, что бар может превратиться в поле боя. Никто из посетителей бара, похоже, не понимал, насколько вампиры сильны и безжалостны. Билл закрыл меня собой, и это не ускользнуло от наших завсегдатаев.
– Что ж, если нам не рады… – сказал Малькольм. Его мужественный облик контрастировал с мягким голосом, который он изобразил. – Эти добрые люди собираются поесть мяса, Диана, и заняться своими человеческими делами. Самостоятельно. Или с нашим прежним другом Биллом.
– Я думаю, маленькая официантка хочет заняться с Биллом очень человеческой штукой, – начала Диана, но Малькольм поймал ее под локоть и вывел из зала, прежде чем она успела нанести еще больше вреда.
Весь бар, кажется, дружно вздрогнул, когда дверь за ними закрылась, и я подумала, что мне лучше уехать, даже если Сьюзи пока не добралась до бара. Билл ждал меня снаружи: хотел убедиться в том, что Малькольм и Диана действительно уехали.
Что ж, сегодня сравнительно легко отделалась. Мы поехали в дом Билла, и по дороге я задумалась, зачем Малькольм и Диана вообще приезжали – вряд ли они по чистой случайности уехали так далеко от дома и решили зайти в бар к Сэму. Может, с учетом того, что они сами не предпринимали особых усилий для интеграции в общество, им просто хотелось насолить Биллу?
Дом Комптонов заметно изменился по сравнению с прошлым разом, когда я его видела, – в тот жуткий вечер, окончившийся знакомством с другими вампирами.
Рабочие действительно постарались для Билла, то ли потому что боялись, то ли он щедро им заплатил. Возможно, и то и другое. В гостиной заново побелили потолок, стены оклеили новыми обоями с цветочным узором. Наборный паркет начистили так хорошо, что к нему вернулся прежний блеск. Билл повел меня на кухню. Обставлена она была, конечно, скупо, но выглядела светлой и нескучной. В новеньком холодильнике стояли бутылки с искусственной кровью – фу.
Ванная на первом этаже была роскошной. Насколько я знала, Билл не пользовался ванной – или, по крайней мере, туалетом. Я с изумлением осмотрелась. Помещение было огромным – Билл расширил его за счет кладовки и части старой кухни.
– Мне нравится принимать душ, – сказал он, указывая на душевую кабину в углу. Места в ней хватило бы двоим взрослым и еще, наверное, паре гномов. – И лежать в горячей воде.
