— Завтра ты на своей шкуре испытаешь, что это такое! Нам на первых порах шестьсот кубов уложить надо! Таких крупных монолитов мне тоже ещё не приходилось делать! Всё было бы просто, если бы бетонный завод был бы рядом, как оно всегда и бывает! Но наш завод за полторы сотни километров находится! А через каждый километр менты стоят и из шоферов дань требуют, то за превышение скорости, то просто на пропой деньги собирают! Весь наш объём — две с половиной тысячи кубов! Срок окончания работ — двадцать девятое июня! Девятнадцать дней нам на «плиту» дали!
— А успеем? — поинтересовался Ниголь. Он уже чувствовал себя в роли начальника, и то, что Безродный на равных обсуждал с ним такие важные вопросы как организация производства, очень льстило его самолюбию.
— Мы то свою работу сделаем! Всё от шахтёров зависит! Они зарылись под брюхо реактора, а там жара, как в аду! Над головой раскалённый фундамент висит, грунт тоже прогрелся и воздух, что в шахту подаётся тоже горячий, потому, что снаружи тоже жара стоит! Радиации в шахте почти что нет, а за металл голой рукой не схватишься!
— А для чего та плита нужна?
Время было и Безродный более подробно изложил суть дела. Кое–что Ниголь слышал и из других уст. Общая картина, отложившаяся в его голове, приобрела примерно следующий вид:
«С первых дней, следующих после взрыва, на огнедышащие развалины вертолёты сбросили огромное количество свинца и песка. Целью этой операции было предотвращение выбросов в атмосферу радиоактивного пепла. Падающие мешки поднимали огромные столбы пыли, а источники радиации так и не были прикрыты достаточно прочным слоем, поэтому о пользе этой операции судить очень трудно. Но её психологический результат был громаден. Растерянные, подготавливающие себя к самому худшему люди, вдруг осознали, что борьба с разбушевавшимся демоном вполне возможна.
После того, как ядерный процесс распада на энергетических уровнях прекратился, и мощность выбросов и их частота резко пошли на спад, бомбардировку завала тоже прекратили. Но в результате всей этой операции резко возросла нагрузка на фундамент. К тому же было не совсем ясно, как повёл себя бетон при воздействии на него высокой температуры освобождённого ядерного топлива. Исходя из соображений, что фундамент может разрушиться или уже разрушен, а радиоактивные элементы попадут в грунтовые воды, и был разработан проект строительства дополнительного фундамента. Новый фундамент нужно было завести под действующий, и он получил название «Плита». Операция по его строительству получила тоже название».
Вопрос с заправкой спецколонны к началу операции был полностью решён. Вояки раскрыли афёру разыгранную Безродным, но репрессивных мер не последовало. Над высшими военными чинами, заседающими в штабе Государственной комиссии, откровенно посмеивались.
— Вот те первые семь машин мы заберём себе! — Безродный указал на очередь ожидающую перегрузки. — В Вышгороде сегодня излишек техники! К нам должны уже подойти дополнительные бетоновозы, а их нет! Пойдёт большой бетон, и мы со своими машинами не справимся!
— А как их можно забрать? Это ведь чужие автомобили! А мы с тобой слишком мелкая вошь, чтобы такие вопросы решать! — засомневался Ниголь.
— Ты откуда приехал?
— С Дальнего Востока!
— Землячок значит!
— А вы откуда?
— Все мы жители одной планеты, значит все мы земляки! — Ответил Безродный. — Чему тебя только в школе учили? Смотри, как это делать надо! Главное в этом деле побольше наглости! Если кто заподозрит твои колебания или твою неуверенность, считай, дело пропало! Главное оружие в этой борьбе — твоя воля! А это, ты уж мне поверь, очень сильное оружие, если его умело применить! Зови их сюда!
Безродный отошёл на пригорок, и занял позу Наполеона, наблюдающего за ходом боевого сражения. Когда за его спиной собрались приглашённые и столпились в почтительном молчании, он выдержал достаточную, по его мнению, паузу, повернулся к водителям лицом, извлёк из кармана записную книжку, и как бы нехотя, цедя через зубы, зачитал в ней номера автомобилей.
— Эти машины… с этой минуты… работают… в моём распоряжении! Бригадир объяснит вам всё что надо! Вопросы есть?
Водители могли ожидать всего, но только не этого. В обычных условиях такая перестановка производственных сил, в принципе возможна. Но её организация занимает не один день. Да и не во власти водителей решать такие сложные производственные вопросы. Они получили приказ от непосредственного начальства на выполнение определённого задания, должны были его исполнить, вернуться и доложить об его выполнении. А тут какой–то недомерок пытается вставить палки в колёса. И если пойти у него на поводу, то очень даже запросто можно найти на свою задницу массу неприятных приключений.
— А ты собственно кто такой будешь? — наконец нашёлся один из водителей, кисти которого украшали прекрасно выполненные татуировки.
