Витольс нахмурился, пытаясь посчитать, и Айлин вдруг стало больно и невыносимо обидно. Не за себя, а за того, кто до сих пор звал Кирана Лоу другом, хотя был уверен, что молодой некромант, уехавший в столицу, давно забыл об их дружбе. Странной, невозможной дружбе охотника и нечисти!
– Мэтр Киран вас не забыл, – сказала она. – Он погиб шестьдесят пять лет назад, почти сразу, как приехал в Дорвенну. Он очень хотел стать преподавателем и оказался привязан к Академии даже после смерти. Стал учебным призраком Фиолетового факультета. Он не мог вам написать! А потом, наверное, решил, что и смысла не имеет – столько лет прошло…
– Киран… погиб? – медленно переспросил Витольс. – Как? И… откуда вы… Ах да, вы же некромантка.
Он поморщился, и Айлин вскинулась, уловив едва заметное презрение в голосе нежити.
– Я была его ученицей! – сказала она. – Его незаконченным делом! Да, я увидела его, потому что я некромантка! Я вижу призраков – это мой дар! Но мы дружили! Он учил меня всему, что мог! Всему, чему я могла тогда научиться. И оставил мне свой дневник! Только… там почти ничего не написано про парадокс Керуа! Потому что он и так про вас все знал и помнил, да?
Улыбка Витольса стала шире, и Айлин с содроганием увидела кончики клыков – два крошечных белых блика. Странно, как никто из них троих не увидел это раньше? Мастер Витольс так часто и легко улыбался! «Да потому, что он глаза нам отвел, – поняла Айлин. – Сколько же у него силы! Задурить голову не только профанам, но даже мне! Я же просматривала его ауру! Совсем человеческая…»
– Киран… – тепло, почти с нежностью протянул Витольс. – Теперь понятно. Вы его ученица – вот почему так похожи. Не внешне, хоть и тоже рыжая. Сутью… Он все-таки выполнил то, о чем так мечтал, – стал учителем. И воспитал настоящую ученицу… Да отпустите вы свое заклинание, милая леди. Я никогда не причиню вреда ученице моего друга. Скажите только, как он погиб.
– Стригои… – выдохнула Айлин и разжала пальцы, позволяя приготовленному заклятию безвредно рассеяться. – Его растерзали стригои…
Лицо Витольса исказилось, на пару мгновений превратившись в маску ледяного чудовищного гнева, и Айлин стало жутко.
– До чего же глупо… – прошептал Витольс, возвращаясь к обычному облику. – Такой талант… Единственный, кто сам все понял обо мне… Ну и что вы теперь собираетесь делать, милая леди? – спросил он уже обычным, только усталым и совершенно серьезным тоном.
– Да ничего, – пожала плечами Айлин. – Во-первых, вы же нам ничего не сделали. Может, не успели, конечно…
– А во-вторых?
– Во-вторых, вы только что сказали, что и не сделаете, – напомнила Айлин, хотя у нее внутри снова начал сворачиваться ледяной ком страха. – А если на моих спутников это не распространяется, сначала вам все равно придется убить меня. Вы этого хотите, мастер?
– Ни малейшего желания не испытываю, – так же серьезно отозвался Витольс. – Это все или имеется в-третьих?
– В третьих, я понятия не имею, как вас можно убить, – призналась Айлин. – Я и кадавра-то еле упокоила, просто повезло. А про вас мэтр Лоу ничего не рассказывал. Я даже не знаю, кто вы такой!
– Кто я такой… – повторил Витольс. – Вот теперь я окончательно верю, что вас учил именно Киран. Любой некромант вашей орденской школы сказал бы: «Я не знаю, что ты такое». Забавно… Кадавра, значит, вы упокоили? И демонов не боитесь… Ну подумайте хорошенько. Высшая нежить, которая не боится солнца. Выбор не так уж и широк!
Он посмотрел Айлин в глаза, и холодный страх, прячущийся у нее внутри, не исчез, но рассыпался ледяными острыми иголочками, так что она даже поежилась.
– Не путешествие, – пробормотала она, – а экзамен какой-то. Ну не стригой же вы… Я уже все перебрала! Ни одна существующая нежить не подходит.
– А несуществующих вспоминали? – деловито осведомился Витольс. – Да будет вам известно, моя милая рыжеволосая леди, так похожая на Кирана, солнца боится далеко не вся нежить. Но умение жить среди людей очень сужает круг.
– И глаза вы отводить умеете, – прошептала Айлин. – И животные вас не боятся. Лошади не шарахались, Пушок не беспокоился. Даже Перлюрен вас не боится… И аура… Аура у вас живая. А живой нежити не бывает. Была когда-то… очень-очень давно… Как же это называется… Забыла. И их точно не существует. Ни одной достоверно известной встречи в анналах Фиолетовой гильдии.
– Ну еще бы! – совсем по-человечески фыркнул Витольс. – Не хватало еще отпускать тех, кто с нами достоверно повстречался. Такого понапишут потом! Киран – исключение, он обещал вообще ничего не писать и сдержал слово, как я вижу. Аккару, милая леди, вот как я называюсь. И ваш драгоценный наставник, мой друг Киран, при первой нашей встрече чуть с ума меня не свел. Сначала распознал меня, а потом принялся доказывать мне самому, что меня не существует.
– Но вас и не существует, – как завороженная повторила Айлин. – Аккару не бывает! Это же… просто сказка! Страшная сказка, часть легенды о погибшем материке Лендовия и двух других… как же их…
