– Допустим. Интересная версия, – все еще не сдавался он.
– Родители были найдены на дереве без следов ранений и увечий. Но только в стрессовой ситуации у тебя начала идти кровь. У нас с братом при стрессе еще сильнее падает зрение, у тебя в таких ситуациях повышается риск кровотечения. Но тебя это не останавливает. Кровь, по всей видимости, хлынула с носа. Это я как медик говорю. И ее было слишком сложно остановить. А время поджимало, нельзя было долго оставаться на месте преступления. Это слишком опасно для тебя. Ты взялся за пиджак рукой, которой только что вытирал нос. И тут же вспомнил, что не сделал ритуальное фото. А ты это делал всегда, это твоя фишка. И поэтому достал из кармана полароид, повесил обратно куртку и сделал фото. Вот откуда на фото появилась кровь. Ты сам себя выдал. Почему тебя до сих пор не посадили, я не знаю. Ведь все указывало на тебя: и улики, и свидетели. Опытному следователю не составило бы труда сложить, что к чему. У меня на этот счет есть только одна версия: Рей, один из главных специалистов по этому делу, спустя время все же догадался, что убийца – это ты. Но пожалев своего лучшего друга и по совместительству бывшего однокурсника, решил замять дело. Тони слишком сильно любит тебя, и, боюсь, не переживет, когда узнает всю правду. Если это действительно так, то Рей – отличный друг и просто отвратительный следователь. Возможно, дело обстоит иначе. И скоро за тобой придут. Чего я тебе и желаю. Как я понял, что это не Монт? Они бы не стали так изощряться, они бы убивали магией. Но им это было не нужно, потому что их главная цель – мы. Но они хотели добиться этой цели не своими руками.
С каждым новым словом он менялся в лице. Обычно мне трудно различать эмоции, но у Мориса они были слишком явные. Он был в недоумении от того, что я выдал ему то, что выдал. Ведь еще пару минут назад он был уверен, что я вижу его впервые и совершенно ничего о нем не знаю. Я ненавидел его каждой клеткой своего тела. Передо мной стоял тот, которого я мечтал увидеть и размазать по стенке с пяти лет. Заглянуть в эти чертовы глаза. Мне хотелось плюнуть ему в лицо, сорваться с места даже со скованными руками и вцепиться зубами в его глотку. Разорвать всего этого подонка на мелкие куски. Сделать, наконец, то, что он сделал с моими родителями той ночью. Но я молча стоял и смотрел на него из-подо лба. Нельзя поддаваться эмоциям. В таком положении я не смогу ему никак навредить, а он только и сделает, что будет смеяться надо мной. Эхом его мерзкий смех раздался в моих ушах. Я оставался непоколебимым.
– Это все для тебя больше не имеет никакого значения, – одной рукой он толкнул меня ближе к воде. – Какими будут твои последние слова?
– Расскажи свою историю. Расскажи, чего тебе стоит? Я умру, но исполню свою мечту. Буду знать всю правду.
– Ты неплохо справлялся и без меня, сосунок. Чего тебе еще надо? – я заметил, как часто он щурится и дергает глазами.
– Я все понял сам, но мне нужно убедиться в своих догадках. Ты хотел нас убить с самого нашего рождения?
– Да. Но, надо же, именно в этот момент я был за решеткой в Канаде. Какая жалость. Эти бездари посадили меня за мошенничество. Хотя на моей практике уже тогда было около трех убийств.
– Ни за что не поверю, что Тони об этом знал. Тебе доставляет удовольствие убивать?
– Милый мой, – сказал он отвратительно мерзким тоном и дернул глазом, как будто только что его ужалили в задницу. – На войне все средства хороши. Каждый хочет жить, но почему судьба решила, что именно я – не достоин?
– А почему другие должны отдавать свои жизни, чтобы ты спас свою? Почему не достойны
– Я вбил себе в голову, что альбиносы и вправду владеют плохой энергетикой для окружающих. Не зря же ходят поверья в Танзании. Там люди, убив одного альбиноса однажды, зарабатывают себе целое состояние и могут не работать всю жизнь. Абсолютно здоровые люди, у которых не стоит на кону вся их чертова жизнь. Мне было проще думать, что вы – самое настоящее зло, от которого я избавляю город. Я нашел себе оправдание и верил в это. И даже в эту самую минуту я знаю, что ты – мерзавец. И получишь по заслугам. Тем более если не заткнешься сейчас же.
– Если бы ты не хотел выговориться, ты бы не стал сейчас церемониться со мной. Одного не могу понять, неужели темные маги не способны самостоятельно убить человека? На то ведь они и темные.
