– О, ты не на тех напал, дружище. Зачем им марать свои жалкие мелкие ручишки? Они сидят и ждут, когда им принесут добычу на блюдечке. И только тогда уже начнут шевелиться сами. Если бы у них хватало сил и мозгов на это, то боюсь, я бы остался без работы. А это мне ни к чему. Когда меня посадили, я думал, что Луи Монт все же решится и уничтожит вас сам. Но он так и не смог, слюнтяй. И всегда был таким. Даже его жена, скупердяйка Марго, имеет стальной характер и яйца, в отличие от него самого. Я вышел на след ваших родителей, но потерял из виду то, к чему я стремился многие годы. Я потерял
– Ты говоришь о Ребекке? – прервал его я.
– Кажется, так ее звали. Да какая разница? Он верил ровно столько же, сколько и я, что во всем виновата ваша энергетика. И готов был пойти на все. Но струсил и всего лишь ждал моего возвращения. Такая вот история. Доволен? Теперь ты знаешь все, но это тебе уже никак не поможет. А мне то что? Я умираю. Найдут меня завтра ночью? Прекрасно. Тогда я проживу хотя бы еще один день. А жить за решеткой или на свободе – какая разница? Главное, что я буду жить. Если продам твои косточки: все до одной. Был бы ты на моем месте, поверь, поступил бы также. Каждый гребаный человек в этом мире – эгоист, который готов хвататься своими когтями за эту жизнь, какой бы паршивой она ни была.
Я пытался что есть мочи разорвать на себе наручники. Напрягал мышцы всего тела и фокусировался на руках. Все попытки были тщетны. Но пока Морис увлекся своим рассказом о бренности бытия, в полумраке ночи я одной рукой достал телефон из заднего кармана джинс и нажал на кнопку, которая вызвала единственный номер быстрого набора. Номер моего брата. В этот момент вдали послышались шум и крики. Из-за деревьев выбежали парни: Рон, Ник и Мэт. Не знаю как, но по их выражению лица я понял, что они не были в курсе того, что произошло. Они не знали об этом плане. И они пришли мне на помощь. Мне стало чуточку, на сколько это вообще было возможно, легче. Началась суета. И в этой самой суете я услышал тихий голос Анри и произнес свое последнее слово:
– «Север…».
Морис Мартен был наделен дедукцией, но не большей, чем моя. Я раскусил его в два счета. Прежде чем он сам мне обо всем поведал. Удивительно, но мне даже тогда не было страшно. Я лишь думал: «Как человек с таким хорошим музыкальным вкусом и прекрасным отцом может оказаться таким моральным уродом?». Это относилось как к Морису, так и к Тео. Времени на раздумья не осталось, и Морис Мартен, хотел он этого изначально или нет, разбежался от берега и поволок меня насильно в воду. Под водой он, придерживая меня одной рукой, проплыл со мной на глубину. Откуда в таком худощавом мужчине в очках и с сединой вдруг оказалось столько силы? Хотя, наверное, слабый человек на убийства и не пошел бы. Вырываться и двигаться довольно сложно, когда твои руки сковывают чертовы наручники и вдобавок ко всему тебя еще и душат. Я пытался использовать силу, вырваться из плена, но ни в какую. Твоя взяла, сукин ты сын. Он навалился на меня всем своим весом. Я чувствовал, что тянусь ко дну. Мне не хватает воздуха. Вода проникла в каждую клетку моего тела. Она была во рту, в носу и ушах. Я медленно задыхался. Так, наверное, чувствует себя человек, который вынужден умирать каждую минуту своей жизни? Так себя чувствовал и Морис. Внутри которого росла бомба замедленного действия. Я ненавидел его, но в ту же минуту был счастлив. Моя душа могла быть спокойной, ведь я узнал, что же случилось в ту ночь с нашими родителями. И хоть у меня не вышло отомстить, я был честен перед самим собой. Чего не скажешь о моем лучшем друге и по совместительству человеке, с помощью которого я погиб. Что же ты натворил, вечно улыбающийся веснушчатый Тео? В какой момент ты свернул не туда? Я помню, как в последние вздохи вспоминал родителей, брата, тетушку, Ребекку… особенно
– Кто такие Ребекка и Одет? – вывел меня из воспоминаний мужчина, который все это время сидел напротив меня. Его, кажется, зовут Кронос.
