Месть белых воронов полностью

В глубине Заколдованного леса оказалось мрачно и стремно. В принципе, в Мунспейс всегда ночь. Но в этой части леса было как-то особенно темно. Находясь здесь, не ощущаешь ни пространства, ни времени. И как будто все деревья уставились на тебя, и взгляды их пристальные и суровые. Каждое дерево усмехается надо мной. И ведь правда, находясь в этом лесу, все вокруг кажется мне живым. А все происходящее походит на сон или бред сумасшедшего. Психоделика, не иначе. По сторонам раздавались звуки то ли птиц, то ли зверей, а стук моих тяжелых шагов, казалось, отдавал эхом. Как только я попытался сфокусироваться на лучи света впереди, как вдруг из ниоткуда на меня повалилась целая стая летучих мышей. Я тут же прильнул к земле, сгруппировавшись в коленях и попытался не дышать. Лучше бы я остался возле костра. В таком положении я прополз чуть дальше, стараясь все-таки найти выход, как вдруг по земле пробежались крупные черные жуки. Я с трудом их рассмотрел, так как сразу же запрыгнул на ближайшую лозу, растущую на деревьях. Ухватившись за эту лозу, я забрался вверх на дерево и передо мной расстелился огромный ночной Мунспейс. Не хотелось ни слезать с этого дерева, ни спасать свою жизнь. Ничего. Я устал от всего, что могло быть в этом или других мирах. Этот лес, дремучий и таинственный, над которым хмурые тучи сгущаются даже в самый теплый день, уже не казался мне таким отпугивающим. Срывающийся с неба холодный противный ливень, крик злобных ворон и красные глаза в темноте – ко всему этому я начал, кажется, привыкать, пока пытался выбраться. Это был не ад. Это была всего лишь разминка перед чем-то по-настоящему устрашающим. За лесом оказался запущенный пустырь. Он был широкий и ветхий и напоминал мне мою родную улицу, которая превратилась почти в такое же заброшенное, никому ненужное место. Кажется, здесь еще остались следы пожара столетней давности, заросшие бурьянами и травой. Я шел на звуки рассекания ветра, и эти звуки привели меня к яркой вспышке света, за которой я едва рассмотрел молодого парня с фиолетовыми волосами. Кажется, он здесь один. И только что я прервал его тренировку. Было очень холодно, а вокруг воняло гарью и копотью. Он заметил меня и посмотрел своими желтыми пристальными глазами. Сделал два шага вперед, направил на меня оружие и приступил к метанию сабли по воздуху. Затем также резко остановился, расплылся в улыбке и тихим голосом произнес:

– Меня зовут Арес. Или Марс, – тут же добавил он.

– Так вот оно какое, марсово поле. У меня, кстати, кота Марс зовут. Можно я буду звать тебя Марсиком? – вдруг улыбнулся я, представив, как это прозвучало от взрослого парня в темной одежде. Я был слишком мрачный для слова Марсик.

Мысли сразу унесли меня к чему-то уютному и родному. К нашей съемной квартире и повседневной рутине, которая порой казалась нам скучной. Интересно, как там Анри, Ребекка, Одет, наш кот? Из воспоминаний меня вывел голос того странного парня.

– Так бога войны, пожалуй, еще никто не называл.

Он снова вызывающе ухмыльнулся. И посреди выцветшего пустыря образовался мощный вихрь, в котором Марс закружился. Выйдя из него, он уже не казался таким юным и безвредным. После превращения его волосы стали черными, глаза светились белым, а кожа стала в разы темнее. Будто тоже пропиталась этой гарью. Его тело было худым, но спортивным.

– Не вежливо врываться на чужую территорию, не представившись. Тебе не кажется? – он прошелся вокруг меня.

– Меня зовут Тим.

– Как тебе Мунспейс, Тим? – он снова странно улыбнулся. Да что с ним такое?!

– Нормально, – сказал я, не зная, чего можно ожидать от этого парня через минуту.

– Нормально? Не первый раз что ли?

– К счастью, первый. А что, отсюда и правда можно выбраться? – спросил я.

– Можно. А тебе оно надо?

Я задумался. А правда, надо ли оно мне? И тут мне в голову снова вернулась мысль об Анри и Ребекке. И я отогнал все остальные прочь. Я не могу здесь оставаться. Я должен спастись. Ради них.

– Я вызываю тебя на дуэль, – совершенно спокойно произнес Марс и протянул мне саблю, вытянутую рукой из фиолетового вихря.

Я не успел осознать, что происходит, как парень передо мной незамедлительно начал резать воздух. Наши сабли слились воедино. Лязг металла был громким, отрывистым, мощным. Он был слышен даже на вершине холма. Я представил, как безжалостно воины кромсали оружием человеческую плоть на Земле (или, как здесь принято говорить, в Либерти), и мне стало дико не по себе. У меня всегда была хорошая физическая подготовка, но этот парень настолько лихо управлял своим орудием, что мне казалось, шансов у меня нет. Мне стало обидно, вспомнив, сколько раз Анри отбирал у меня оружие тогда, в подростковом возрасте. И сколько всего я упустил. Когда у меня почти не оставалось сил от метания сабли на дальнее расстояние, а от рукояти оружия уже болела рука, на горизонте появилась еще одна незнакомая девушка.

– Арес, прекрати, – вскрикнула она. – Зачем ты опять устроил соревнования? Этот парень мог погибнуть на войне, но ты же прекрасно видишь, что он – утопленник.