– Ах, да? Прости, не заметил, – с ехидной улыбкой произнес он, вернувшись в свой прежний облик. Но это был все еще он – болтливый, острый и задиристый.
– Это не твой пациент, оставь его, – продолжила она, но тот не унимался. Мне не совсем понравилось слово «пациент», произнесенное по отношению ко мне.
– Парень проходит испытания, успокойся, Афина. Он же должен убедиться сам, хватит ли ему сил, чтобы снова жить в Либерти.
– Ты не исправим, Арес, – устало сказала она. И в мгновение ока из миловидной беловолосой девушки превратилась в настоящего воина. Теперь ее волосы имели более аккуратный вид. Они были короткими, с ярко-зелеными прядями, и глаза ее освещали весь заросший пустырь. Следующие десять минут, длившиеся вечность, они забыли о моем существовании и сражались между собой. Я стал свидетелем сильного вооруженного столкновения. Не в силах ему противостоять. Но как только я развернулся к ним спиной, чтобы идти дальше, лязг саблей резко стих.
– Эй, подожди, – сказала девушка, которую, кажется, зовут Афина.
Я нехотя остановился. Она подбежала ко мне и нас накрыло зеленым светящимся куполом. Пустырь в этот миг исчез, как будто его здесь и не было.
– Тебе не стоило идти через лес.
– Кто ты? – спросил я.
– Я – Афина. Богиня мудрости и справедливой войны. Тот парень, с которым ты дрался – Арес. Не обращай на него внимания, он всегда и везде тренируется, – она посмотрела на меня своими большими изумрудными глазами.
– И он действительно бог войны?
– Да. Мы с ним пришли в Мунспейс в одно время. Мне было восемнадцать, ему – шестнадцать. Сейчас мне уже двадцать четыре. А он, временами кажется, до сих пор застрял в своем ребятническом возрасте. Хотя и имеет опасную силу. Он – Хампер, так что будь осторожен.
Хампер, точно. Я вспомнил то второе слово, которое называл Морфей. Но пока разобраться было довольно сложно.
– Что это значит?
– Киперы – это хранители. Мы оберегаем людей, попавших в беду по воле несчастного случая, злой судьбы, непредвиденных обстоятельств. Хамперы – это разрушители. Они всеми силами пытаются препятствовать нашему успеху. Но мы друг без друга не можем существовать. В Мунспейс, как и в любом другом мире, должно быть противостояние.
– Ты и Марс… вы боги войны. Это значит…
– Это значит, что когда в Либерти начинается война между людскими воинами, между нами тоже идет поединок, – прервала она меня. – Мы встаем на защиту городских стен и помогаем армиям на полях битв с врагом. Я придумываю стратегии для того, чтобы победу одержало добро, несмотря на хитрость и нечестные тактики со стороны противника. Арес, в свою очередь, представляет собой жестокую силу, способную затмить остальных богов.
– Неужели войны никогда не закончатся? Если даже боги не в силах справиться или договориться друг с другом, то что говорить о белых и черных магах на Земле. Или вообще об обычных людях.
– Этого никто не знает. Но пока война продолжается, мы будем сражаться вместе с вами. И я делаю все возможное, чтобы со стороны людей было как можно меньше потерь.
После этих слов послышались крики со стороны темного леса. Мы сразу же среагировали на них и отправились вглубь. Посреди протоптанной тропинки лежал старик. Он выглядел жалким и измучанным. На лице и на руках у него стекала густая кровь. Я пробрался к нему сквозь ветви и туман, но летучие мыши упрямо пытались препятствовать мне помочь этому бедному старику.
– Уходи, – бросила мне Афина.
Я, не оборачиваясь на ее слова, подошел на пару шагов ближе к неизвестному мужчине.
– Эй, ты слышишь? Уходи.
– Но почему? – спросил я. – Ему надо помочь. Я медик.
– У тебя самого время на исходе. Вы, попавшие сюда на семьдесят два часа, не всемогущие. Каждый должен быть сам за себя. Здесь одними бинтами не поможешь.
Я попытался возразить, но она даже не стала меня слушать. И отбросила меня своей силой в другую сторону от лежавшего на земле старика.
– Я разберусь с ним сама. А ты ступай прочь. Надеюсь, больше не увидимся.
Из ее уст это прозвучало довольно грубо и даже обидно. Но потом я понял, что она имела в виду. И стало немного легче. Проходя снова через густой лес, я не мог выкинуть из головы образ того человека, просившего о помощи. Как я могу помочь себе, если мне не дают помочь другим? Впереди меня ждали аттракционы на лианах, пещеры из песка и даже снега (в такую-то жару), испытания в виде насекомых и растений. Где-то обитала абсолютная оглушающая тишина, в других же местах стоял гул в ушах от ультразвука. А вокруг ни души, ни души, ни души.
