– Только у вас, у людей, здесь есть понятие времени. Существуют только ваши личные минуты и часы, которые за вами прикрепляются. Вам выдают
За этими словами я увидел совсем другого Океана. Спокойного, мечтательного, мудрого. Словно мелодией птиц разливался его голос, который я смог уловить и прочувствовать всеми фибрами моей души. Безгранично, искренне, горячо. За этим всем в его голосе я услышал нотки грусти и отчаяния. От того, что он дал надежду, в результате чего не смог спасти утопающего. Я не мог винить Океана в своей смерти. Было бы чертовски глупо и безответственно перекладывать свою вину на кого-то другого. На того, кто с чистой душой и сердцем на распашку пытался тебе помочь. Океан был чистым и отважным богом. Он спасал судьбы, несмотря на собственные поражения. У меня не нашлось слов, чтобы поддержать его в эту ночь. Да и не хотелось портить идиллию, которая наступила после его рассказа о небе. Все равно так же красиво передавать свои мысли я не умел. Поэтому все оставшееся время до рассвета мы провели в молчании. И оно не было настороженным или неловким. Совсем нет. Это было уютное, безграничное и задумчивое молчание. Каждый тихо думал о своем, не тревожа мысли другого. Это у обычных людей, кажется, называется пониманием.
Ярко-розовые лучи коснулись моих сомкнутых глаз. Кажется, уснуть все-таки получилось. Пусть и ненадолго. «Немного сил даже мертвому не помешают», – подумал я. Хотя себя таковым не чувствовал. Этот рассвет я и правда запомню на всю свою жизнь. Ослепительный, полыхающий огнем и брызгами солнца. Завладевший небом и моим разумом. Он приковывал к себе взгляд, отпечатываясь в глазах. Оставляя свой след в моей памяти, что с минуты на минуту угаснет. Черт, мне показалось, что я и правда мог все проспать. Незамедлительно тормошу Океана за плечи, мысленно ругаясь на его искусные речи, которые меня усыпили. Теперь же нельзя терять ни секунды. Пробудившись ото сна, приходивший в себя Океан пытался разглядеть мой силуэт за яркими бликами света. Я, не сдерживая эмоций и плавно переходя на крик, попросил его, чтобы он выполнил мою последнюю просьбу: переместил меня к моему брату. Где бы он сейчас ни был.
– Сколько у нас есть времени? – спросил я у Океана, будто позабыв наш вчерашний разговор.
– Примерно восемь часов, – ответил Океан, рисуя пальцем своей правой руки кольцо, которое превращается в светящуюся цвета морской волны сферу. – Хотя ты разбудил меня так, словно мы все уже давно проспали. Или еще хуже – произошло массовое наводнение. Не пугай так больше.
– А больше и не получится, – то ли с горечью, то ли с облегчением произнес я, пытаясь утешить Океана. – Так что обещаю.
Он молча посмотрел на меня и кивком указал на парящую в воздухе сферу. Океан зашел в нее первым, я же сразу последовал за ним. Неописуемое что-то происходит в тебе, когда ты перемещаешься внутри пространства магически-притягательного шара. Словно ты, внезапно распавшись на молекулы, стремишься раствориться в нем, сливаясь в единое целое. Это и в самом деле какой-то космос.
Мы оказались в глубине какого-то тропического леса. И сразу же эта неизведанная местность столкнула меня с моими страхами. В траве за пальмовой ветвью на меня посмотрело своими хищными глазами что-то пугающее. Этим существом оказалась бледно-зеленая ядовитая змея. От неожиданности я подпрыгнул кверху, ухватившись обеими руками за пальму.
– Успокойся ты, – сказал мне Океан, усмехнувшись. —Это зеленая мамба. Она кормится мелкими грызунами и лягушками, птичьими яйцами и иногда молодыми птенцами. Альбиносы их не интересуют.
«Особенно мертвые», – подумал я, слезая с пальмы.
– Извини, сработал старый рефлекс, – ответил я, обтряхивая черные джинсы от пыльных следов. – Пойдем дальше.
Выйдя из-за пальмовой рощи, перед нами растелилась картина: мой брат пытается подняться с земли, в то время как над его телом повисла голова огромного красного коршуна. Размахивая своими мощными крыльями, он едва ли не сносит Анри снова на землю.
– Клянусь, еще немного, и он начнет метаться огнем, – сказал я, делая стремительные шаги вперед.
