Как только крейсер снялся с якоря и взял курс в открытое море, Паленов завернулся в тулуп и занял свое место справа от гюйсштока, слева же устроился матрос из второй башни. Волнение на море было слабое, тем не менее качка на носу ощущалась, и впередсмотрящим — одному и другому — все время казалось, что крейсер идет не ровно, а словно бы рывками, как дельфин: прыг — и носом в воду, а вода веером вымахивает из-под скул и загорается в свете луны голубым огнем. Если на всем корабле было относительно тихо — к обычным шумам уже привыкли, и они почти не ощущались, — то тут стоял непрерывный грохот осыпающейся и падающей воды, и говорить было трудно. Тем не менее матрос из второй башни спрашивал:
— Так ты что, с Севера?
Паленову не хотелось говорить — мешал этот непрерывный водопадный шум, — но и отмалчиваться было нехорошо, и он говорил, чтобы только тот отвязался:
— С Севера.
— Ну и как там?
— Так же, как и здесь.
— Ну не говори, — возразил тот матрос из второй башни. — Там холодно и скалы, а тут тепло и девок в городе много.
— Девок там нет…
— А кто же там есть?
Паленов усмехнулся в воротник: тот матрос из второй башни, похоже, был из породы тех моряков, которые любят море с берега, а корабль на картинке. Поэтому он и не стал ему говорить ни о высоких широтах, где солнце в полночь едва коснется воды и снова взмывает к зениту, ни о бледно-голубых и золотисто-розовых ночных всполохах, и о снежных зарядах тоже не стал говорить, хотя эти самые заряды много загубили кораблей и многие еще погубят. Он только сказал:
— Сам же говоришь — скалы.
— Так то скалы. Скалы щупать не станешь, — с досадой возразил тот матрос. — Я говорю о девках.
— Девок там нет.
— Плохо, брат.
— Что плохо? — спросил Паленов, которого стал занимать этот разговор.
— А то плохо, что мы-то идем на Севера́.
— Откуда знаешь?
— Я все знаю.
Все или не все знал тот матрос ил второй башни, дело это было десятое, только Паленов вспомнил, что незадолго до отъезда на Балтику в экипаж пришел некий чин из штаба флота, их команду тотчас же собрали в кубрике — звали их уже тогда балтийцами, разумеется больше в насмешку, чем всерьез, — и тот чин из штаба в двух словах дал понять, что уезжают они не надолго, потому что расставаться со своими проверенными кадрами Северный флот не намерен.
