Радист освободил место.
Тарас умело включил передатчик, набрал шифр Шелеста.
Через пару минут отозвался дежурный штаба ГРУ в Луганске:
– Суглинок-пять.
– Кобра, – произнёс Тарас. – Нужен полковник Шелест.
– Он… вне базы…
– Найти!
Дежурный был опытным офицером и спрашивать причину связи в ночное время не стал. Шелест включился в разговор через четыре минуты:
– Суглинок-один.
– Олег, повтори задание.
Возникла пауза.
– Какое задание? – осведомился полковник неприятным голосом.
– Шведов только что сказал, что получил приказ нанести удар всеми оставшимися ракетами по Хмельницкому, куда якобы в двенадцать часов ночи прибудет сам Болданов.
Шелест сделал ещё одну паузу.
– Кто выдал ему этот приказ?
– Не спросил.
– Спроси.
Тарас позвал радиста, попросил привести капитана.
Оба появились через три минуты.
– Кто вам приказал нанести удар по Хмельницкому?
– Донецк, – озадаченно проговорил Шведов. – Полковник из конторы… Деревянко, насколько я помню. Он назвал код, пароль, координаты…
– Полковник Деревянко, – повторил Тарас Шелесту.
– Отставить! – Брат Снежаны чуть не сорвался на крик. – Ни в коем случае! – Он помолчал и заговорил уже своим обычным баритоном: – Там же химкомбинат… производство азотных удобрений… цистерны с азотом и хладагентами.
– Разве химкомбинат не принадлежит хохлам и нашим буратинам?
– Принадлежит, но стрелять мы туда не имеем права, погибнут тысячи людей. Мы и Запорожье не атаковали ракетами, потому что там бактериологическая база американцев, и Краматорск с его нефтяным терминалом. Да много чего.
– По английской подлодке ударили же? – сказал Шведов за спиной Тараса, переминаясь с ноги на ногу.
– Вот я и подумал, что что-то тут не так. Не хотят ли наши «советники» из лагеря пятой колонны подставить президента этим ударом? Весь мир взбеленится, когда начнётся информационная атака, а впереди выборы.
– Стрельбу отставить, возвращайтесь на базу и ждите приказа. – Шелест помолчал. –
Эфир затих.
Тарас выключил рацию, посмотрел на Шведова.
– Слышал?
Капитан катера облизнул сухие губы.
– Слышал.
– В дальнейшем слушать приказы только лично полковника! – Тарас сделал паузу. – И мои!
– Понял, товарищ полковник.
Тарас хотел сказать, что он не полковник, а капитан, но передумал.
Наверху его встретили бойцы.
– Что случилось? – поинтересовался Ларин, ощутив напряг командира.
– Возвращаемся.
– А стрельба?
– Не будет никакой стрельбы. Нас хотели… спровоцировать.
– Кто?!
– Самому хотелось бы узнать.
Через несколько минут моторы катера забормотали, и он повернул к берегу.
Уродом назвать его было нельзя, несмотря на сытое или скорее опухшее лицо, водянистые глаза, безвольный рот такого цвета, словно он только что ел кровавый бифштекс, редкую бородёнку клочками. Но стоило посмотреть в эти глаза и поймать момент, когда в них всплывёт жуткая холодная угроза, и сразу становилось понятно, что этот человек убийца! Таковым он и являлся, генерал Болданов, начальник Службы разведки Украины, поклявшийся в прямом эфире убивать русских людей по всему миру и даже в космосе, невзирая на их возраст и пол.
Известие о ночном ударе нового русского «Бесогона» по заводам и аэродромам Украины, уничтожившем несколько важнейших для войны корпусов, складов с западной техникой и самолётов, пришло Болданову в час ночи двадцать первого июля, и уже в шесть часов утра он созвал офлайн-совещание, на которое были подняты все командиры разведресурсов ВСУ. Всего селектор офиса СРУ соединил одиннадцать офицеров – от майора Белецкого, командира диверсионного спецназа, до полковника Ермошко, командира бригады беспилотной авиации. Через минуту к ним присоединился и заместитель Болданова полковник Гундицкий.
После удара российской САУ по Киеву и ранения президента управление остатками государства перешло к председателю Рады Гримчуку. Но он ещё больше зависел от приказов американцев, засевших во всех властных структурах Украины, и во всём полагался на их мнения, не обращая внимания на военные действия. С момента ракетного нападения на бункер Зе прошло уже шесть дней, и Гримчук ещё ни разу не собрал Совет безпеки и не вызвал к себе главных командиров, управлявших боевыми действиями. Таким образом, остались при власти главком ВСУ Сырский, которого президент хотел представить к награде за атаку на российский гражданский самолёт Ил-76, перевозивший пленных украинских солдат для обмена, и Болданов, которым Зеленский планировал заменить Сырского.
Впрочем, Болданов не особенно переживал по этому поводу и не стремился возглавить ВСУ. Ответственность при смене кресла возрастала кратно, а в нынешнем положении начальник СРУ и так делал всё, что считал нужным. Он был уверен, что его всегда прикроет хорошая «крыша» спецслужб Великобритании.
Правда, в последнее время настроение этого укрофашистского ястреба стало падать чаще, чем ему хотелось.
