Во-первых, дело приближалось к выборам украинского президента, поскольку раненый Зе уже не мог руководить страной и американцы наметили его заменить, не меняя стратегии «вечной войны Украины с Россией руками самих украинцев». А замена президента могла отразиться и на судьбе самого Болданова, операции которого на территории России стали всё чаще проваливаться. Поэтому ему надо было ещё активнее доказывать патронам свою полезность, чтобы продолжать оставаться у власти.
Во-вторых, в России снова заработал «Бесогон», уже трижды нанеся ракетные удары по объектам в глубинке Украины – тем, по которым у Болданова была договорённость с «нужными» россиянами у власти, что российская армия их трогать не будет. Если судьба аэродромов в Польше, Болгарии и Румынии, где базировались американские истребители F-16, Болданова не трогала, то ликвидация заводов, выпускающих военную продукцию, бесила, и с этим надо было что-то делать.
Началось совещание с доклада заместителя полковника Гундицкого, сообщившего о результатах последних налётов «Бесогона» на города и объекты двойного назначения.
– Поражены четыре завода, – мрачно проговорил громадный, сутулый, как медведь, пузатый Гундицкий, украшенный обширной плешью, – четыре склада боеприпасов и два с танками и БМД. Разрушены два моста через Десну, Сейм и Горынь, по которым перебрасывалась техника Европы. Орки атаковали аэродром Жешув в Польше и поразили семь самолётов в ангарах. Кроме того, в Румынии взорван док с морскими беспилотниками и…
– Ясно, – перебил заместителя Болданов, – нас это не интересует, пусть Европа заботится о себе сама. Рома, что тебе известно о местонахождении «Бесогона»?
– У нас есть свои люди в российском истэблишменте… – заговорил не менее одиозный, чем Гундицкий, полковник Падлюк, начальник сети агентурной разведки СРУ.
– Конкретнее.
– По моим данным, орки разработали операцию «Белый журавль» и задействовали в качестве «Бесогона» ракетный катер «Буян-М». Спрятали они его на побережье Азова, в районе Новоазовска.
– Подробнее.
Падлюк посопел выдающимся носом.
– Пока известно только, что крышует «Бесогон» кто-то из секретного императива РОКа. Через день-два выясним, кто именно и кто на борту катера.
– Кто охраняет?
– Видимо, та же команда, которая несла охрану САУ «Коалиция».
– Про неё доносились разные сказочные слухи, что известно?
Падлюк помялся.
– Ничего, пан генерал.
– Работайте активнее!
– Слухаю!
– Надо связаться с нашими друзьями в Союзе предпринимателей России, – сказал Гундицкий. – Они быстро разберутся и вычислят всех, кто связан с «Бесогоном».
– Я был знаком с депутатом Госдумы, – вдруг проговорил майор Ермошко, флегматичный с виду, обладатель вислых «запорожских» усов. – Фарух Мирзоев, сын начальника УВД Екатеринбурга.
– Подними связь.
– Слушаюсь.
– Петро, в какой стадии наша «длинная рука»?
– Практически готовы к стрельбе, – ответил полковник Вулых, командир подвижных огневых групп, обстреливающих территорию России от Белгорода до Тулы и Москвы. – Расчёт Т-24 уже замаскирован в Тигровой балке под Харьковом.
Болданов кивнул. Речь зашла о расчёте ракетного комплекса «Точка-У».
– До Новоазовска дотянемся?
– Так точно.
– Наметь атаку на десять утра по районной больнице.
Лица совещавшихся в экране селектора вытянулись, в эфире стало тихо. Все знали, что даже американцы осуждали прежние ракетные удары по школам и больницам.
– Не понял?! – сверкнул глазами Болданов. – Шо морды перекосило?!
Гундицкий пожевал губами.
– Больница в Новоазовске заполнена ранеными…
– Нам надо ответить русским после ночной атаки! Ударьте по больницам Луганска!
– По моим данным, в больнице сейчас лечится сын командующего северным фронтом Сапрыкина, – сказал Ермошко.
– Отлично, разнесите больницу в пух и прах!
– Слушаюсь!
– Все свободны!
Экран селектора опустел.
Болданов кивком поблагодарил ординарца, принёсшего чашку кофе, и включил СДС-систему для связи со спутником Milstar, способным подсоединяться к российской ГЛОНАСС. Назвал код и одно слово – «Бодун». После этого стал ждать ответа российского поводыря олигархов Титкова, нередко помогавшего украинским коллегам проворачивать тёмные делишки.
Получив неожиданную эсэмэску от таинственного Бодуна, проснувшийся Борис Евграфович Титков, главный менеджер российского Союза предпринимателей и промышленников (СППР), тотчас же вытащил из своего бюро в спальне мобильный телефон, вставил одноразовую симку и набрал нужный номер.
Ему ответил густой дребезжащий бас, сменившийся женским контральто, когда он назвал пароль.
– Ждите, – сказали ему на русском.
Через несколько секунд в трубке раздался голос генерала Болданова, начальника Службы разведки Украины. Без всяких предисловий он обрисовал абоненту проблемы, возникшие в стране после ударов российского «Бесогона», и без какого-либо перехода продиктовал перечень задач, которые должен был решить лично глава СППР в ближайшее время.
