Он вспомнил бункер с бетонными стенами и голографического человечка за канцелярским столом. Не похоже на офис высшей цивилизации, управляющей временем. Зато весьма похоже на картинку-обманку для шокированной обезьяны. Бытовая зарисовка на тему «Как меня похитили пришельцы». Хорошо еще, что не было зеленых человечков с большими глазами…
Хотя человечки вызвали бы внутренний протест: не верю, дешевка. Истерика. А истерики, понятное дело, во Вселенском Бюро хотели меньше всего…
Тем временем Шана искала его. Он видел, как она расхаживает по лужайке, нервно оглядывается, расспрашивает людей. Крокодил не спешил себя обнаружить; не то чтобы он хотел подразнить Шану – просто очень нуждался в одиночестве.
Женщина наконец увидела его. Сдвинула брови; Крокодил помахал рукой – все в порядке, мол. Шана подошла, уперла руки в бока:
– Вы не видите, Андрей, что я вас ищу?!
– Извините, – сказал Крокодил. – У меня тут планету взорвали…
– Ничего у вас не взорвали! Я была права: у мигранта шок, вызванный сбоем во время перестановки языка. Это только что выяснили эксперты. Я уезжаю, а вы, как полноправный гражданин, можете делать что хотите…
И она зашагала прочь.
– Шана, – он догнал ее, – Вселенское Бюро миграции – кто они такие? Что за раса? Они гуманоиды или…
– Спросите у Тимор-Алка. Он обожает давать разъяснения несведущим.
– Вы позволите – я все-таки с вами поеду?
Она остановилась. Прищурилась. Смерила его взглядом от макушки до пяток.
– Я должен вернуться на Землю, – сказал Крокодил. – Я должен быть там.
Шана закусила губу.
– Но я пока не знаю, как остановить Тимор-Алка, – признался Крокодил. – Помогите мне. Пожалуйста.
– И на что ты убил полдня?! – скандаля, мальчишка был очень похож на бабушку. – В зачет пошло «общее волонтерское усилие», а «специальное волонтерское» где?! Ты же должен был выступить как специалист, а не как прохожий, твой индекс уже должен быть…
Под взглядом Крокодила Тимор-Алк замолчал. Осекся и даже попятился.
Крокодил молча вошел в дом; Тимор-Алк слишком легко покупался на власть, даже на иллюзию власти. Получил задание от Айры, возомнил себя руководителем, раскомандовался, раскричался. Щенок.
По внутренней лестнице, веревочной и хлипкой, он поднялся на крышу. Дождь перестал, деревянное покрытие высохло, трава подросла. Где-то здесь у них был мобильный коммуникатор…
– Андрей, извини, – Тимор-Алк выглянул из люка.
– Да ладно.
– Просто я думал… Тебе надо ведь как-то поднять индекс…
– Если я нужен Айре, он возьмет меня и без индекса. – Крокодил погладил руками траву. – Коммуникатор?
В ответ на неуверенный запрос из травы чуть левее его ладони поднялся стебель, открылся цветком; Крокодил увидел свое отражение в мутноватом зеркале экрана. Коснулся цветка удостоверением:
– Соедини меня с Махайродом.
– Махайрод не может принять вызов, – почти сразу отозвался приятный голос.
– Да пошел ты, – пробормотал Крокодил.
Цветок, восприняв слова буквально, свернул лепестки и втянулся под слой дерна.
– Есть будешь? – неуверенно спросил Тимор-Алк.
– А что есть? Мясо?
– Этически безупречное мясо, – Тимор-Алк слабо улыбнулся. – Из синтезатора. Будешь?
– Давай.
Через несколько минут они сидели на крыше, свесив ноги, и Крокодил ел нарезанное кольцами, как лук, мясное желе, а Тимор-Алк потягивал из трубочки молочный напиток.
– Сегодня я пытался помочь человеку… землянину, он был в шоке. Такое впечатление, что подключился к его сознанию и сам не понял как.
– Ты с этим осторожней, – сказал Тимор-Алк. – Это небезопасно.
– Ты так умеешь?
– Нет, – мальчишка с шумом втянул в себя последние капли напитка. – Но могу научиться. Мог бы.
– А почему я умею?
– Потому что Айра для своих целей построил тебе связи в мозгу, которых раньше не было. Как если бы ты был озером, а он выстроил каналы со шлюзами, с насосами, систему взаимодействия с Мировым океаном.
– Айра построил связи у меня в мозгу?!
– Может, они и раньше были. Но не работали. Атрофировались или не развились, как-то так. Спроси у него.
– Спрошу, – пообещал Крокодил. – А Вселенское Бюро миграции – это единая раса или межрасовая организация?
Тимор-Алк поболтал ногами:
– Они… видишь ли, это цивилизация поля. Ну, насколько нам известно. Поле, разновидность материи.
– Вы столько лет с ними сотрудничаете, – Крокодил облизнул солоноватый сок на губах, – и не знаете толком, что они такое?
Тимор-Алк пожал плечами:
– У нас, видишь ли, нет ни инструментов, ни методов, чтобы их исследовать. Ты трогал поле? И никто не трогал. Мы можем только фиксировать, как поле воздействует на окружающую материю.
– А спросить у них напрямую?
– Все, что мы о них знаем, – это их ответы на наши вопросы. Иногда они отвечают туманно.
– Они привязаны к своей планете? К месту во Вселенной?
– Они не оперируют такими понятиями, – Тимор-Алк терпеливо улыбнулся. – «Место», «планета»… Они, в принципе, фиксируются приборами. Но общаться с ними можно только опосредованно. Через образы, которые они сами для нас создают.
– Но логика-то у них человеческая?
– Если они синтезируют голоса, чтобы общаться, – почему бы им и логику не синтезировать?
