Тогда он пережал руку подвернувшейся тряпкой и, успокоившись, подошёл к другому завешанному мольберту. За тканью, скрывавшей картину, оказался светлый законченный портрет. Очень красивая, тонкая девушка с лёгкими светлыми кудрями и в длинном, кружевном белом платье качалась на качелях. С одной ноги слетела туфелька-балетка. Девушка хохочет, запрокидывая лицо к небу.
Клод уткнулся лбом в угол картины, где зависла между небом и землёй белая туфелька, и прошептал:
— Алиска, моя Алиска.... Мы найдём выход. Обязательно найдём.
1
В этот раз полет состоялся как по маслу. Сиреневые сумерки поглотили маленькую Сонину фигурку, стремительно несущуюся в тёмные облака. Не было ни дождя, ни даже ветра, и Соня, окутанная облачным туманом, получила полное удовольствие от скорости и высоты. «Надо же, — подумала она, — а в машине меня часто укачивает».
Когда Соня приземлилась в уже знакомом дворике, Леший ждал на пороге, и — впрочем, наверное, ей показалось — тёмные глаза его светились радостью.
— Привет! — весело крикнул он спускающейся Соне, и тут же перешёл на деловой тон. — Мне не очень хочется тебя беспокоить по пустякам, но тут такое дело... Ты только посмотри пару моментов, ладно? И тут же — обратно, если захочешь.
— И чаю не нальёшь? — немного обиженно вспомнила старинный анекдот Соня.
— Налью, — серьёзно пообещал Леший, который очевидно не знал этого анекдота.
Соня запнулась на пороге и в свою очередь посмотрела на него виновато:
— И … мне поесть чего-нибудь. Мне после этих полётов так есть всегда хочется...
— Разберёмся, — уверенно пообещал он, и настойчиво кивнул в сторону входной двери. Соня поднялась по ступенькам, и ещё не успев войти, поняла, что они в доме не одни.
В комнате Лешего находились незнакомая русоволосая женщина и очень похожий на неё худенький долговязый подросток. По виду не старше Дашки. «Лет пятнадцать—шестнадцать», — тут же подумала Соня. Глаза у русоволосой были заплаканы, а парень хмуро поглядывал в сторону входной двери, как бы просчитывая возможности отступления.
— Знакомьтесь, это Лера и Эрик, её сын, — представил Леший Соне новых знакомых. — И им нужна наша помощь.
При этих словах долговязый Эрик отчаянно уставился в окно, а Лера, громко вздохнув и многократно извинившись за неудобства, умоляюще посмотрела на Соню и начала рассказывать.
Всё обнаружилось минувшей ночью. Лера проснулась, потому что Эрик кричал во сне. Услышав громкое и явное «Я не хочу, не хочу, отмените!», Лера ринулась в комнату сына.
— Тихо, милый, тихо… Тебе просто приснился кошмар... — она ласково погладила Эрика по плечу, по голове. От её прикосновений он успокоился, задышал ровно. Лера, уже собравшись уходить, поправила его одеяло, и вдруг отовсюду — из-под пододеяльника, матраса, сбитой простыни —посыпались деньги. Просто мятые купюры, и купюры из надорванных пачек, и запечатанные банковским оберегом пачки нетронутые. Все они, чуть шурша, задевая друг друга, покрывали пол в комнате Эрика, а Лера с ужасом смотрела на этот красивый и зловещий деньгопад.
При даче показаний Эрик был расстроен и вызывающ одновременно.
— Так, значит, ты выставил свою душу на интернет-аукционе? — продолжая начатый разговор, спросил его Леший.
Мальчик, торопясь и сбиваясь, быстро проговорил:
— Я ради шутки. Там много всяких крейзанутых предложений. Один чел выставил бутылку с призраком. Говорит, что обнаружил её, разбирая в старом поместье, заложенное кирпичами окно. И бутылка была запечатана страницей, вырванной из этой... Из Библии.
Лера еле сдерживалась, чтобы не дать сыну подзатыльник:
— Ну что за идиот!
— Но лот мой почти сразу же сняли, — оправдывался Эрик. — Ещё и пошутили: как бы нужно разрешение вышестоящих инстанций.
В комнате нависла пауза. Эрик сосредоточенно крутил в руках угол кружевной скатерти, остальные выжидающе смотрели на него.
— И? — нетерпеливо произнёс наконец Леший.
— А чего «и»? — завёлся Эрик. — Пришло мне электронное письмо, где солидная компания предлагала деньги за мою душу.
— Что за организация и сколько денег предлагала?
— Называется финансовая компания «Контора». Денег столько, сколько я захочу. Так и указано: «на жизнь».
— Балбес! — всхлипнула Лера.
— И как сия акция происходила? — полюбопытствовал Леший.
— Прислали контракт, — сказал Эрик, и в комнате опять воцарилась тишина, в которой слышались всхлипывания Леры.
— И? — опять спросил Леший.
— Ну, чего опять «и»? Ещё анкету прислали. Там всякие вопросы, типа, даю ли я деньги всяким там старушкам, которые просят, или бомжам. Употребляю ли наркотики… Хожу ли в Макдональдс... Про фирму Найк ещё спрашиваю — ношу ли. И ещё другие некоторые.
— А ты? — Лера взяла себя в руки.
— А что я? Ответил...
Пауза. Вся честная компания снова внимательно и выжидающе смотрела на Эрика. Первым опять не выдержал Леший:
— Эрик, я опять вынужден спросить — «и»?
— Подписал контракт, — буркнул мальчик. — И мне пришла посылка. Открываю её, а там — деньги. И через неделю опять посылка...
— За что деньги-то, идиот? — взвизгнула Лера.
