Айра излучала спокойствие, хотя, с сосущей живот тревогой изучая лица детей, спокойствия точно не испытывала. Ей требовался ответ на один вопрос, и чем скорее она его найдёт, тем быстрее покажет себя человеком, с которым стоит вести дела.
— Дак мы просто тебя грабанём, — хмыкнул здоровяк.
— Уверена, это не понравится моему спутнику, который познакомил меня с Рафусом. А Рафусу не понравится, что его новообретённую племянницу общипывают на его территории.
Пока Айра говорила, она повернулась вполоборота, чтобы отыскать тех, кто дежурил на улице. Они оба косились за спину громиле. Айра проследила за их взглядами и наткнулась на неприметного мальчишку с взъерошенными волосами и тёмными, почти чёрными влажными глазами. Он казался погружённым в свои мысли и почти не уделял ей внимания. Тем не менее именно на него посмотрели дозорные, прежде чем сказать:
— Никого с ней не было, одна она сюда притащилась.
Взъерошенный мальчишка прикусил губу и дал мимолётный знак здоровяку, но прежде чем тот успел что-то сказать, Айра опередила его:
— То, что вы его не заметили, не значит, что его нет. Иначе с какой стати я бы потащилась на задворки неизвестного города? Или вы думаете, что я не догадалась оставить у него большую часть денег? Мой спутник — человек многих достоинств, но в нашем тандеме за переговоры с умными людьми отвечаю я. Чтобы избежать лишних проблем — он ещё и довольно… вспыльчив.
На лбу громилы собрались складки, глаза детей остекленели — несомненно, им требовалась секунда, чтобы переварить незнакомое слово «тандем». Практическим всем. Айра сдвинулась в сторону, чтобы полностью рассмотреть находившихся за громилой, и протянула руку взъерошенному парню.
— Мне нужен сущий пустяк: надёжное место для ночлега, слухи о недавних событиях… и кое-какие сведения о местных. И я щедро заплачу. Разве это не прекрасная сделка — помочь новичкам устроиться в городе и хорошо заработать?
Айра улыбнулась, уверенно и доброжелательно, но в животе у неё натянулась тугая струна тревоги. Сообразительные люди не имели привычки грабить кого ни попадя, особенно если этот кто-то вёл себя так, будто владел ситуацией, и предлагал выгодную сделку. Но всегда оставался шанс, каким бы маленьким он ни был, что истинный вожак плюнет на возможную угрозу ради скромного барыша. Тем более что Айра могла блефовать по поводу того, что оставила все деньги партнёру. По правде говоря, она и впрямь блефовала: испытывать верность Вихрастого Мела мешочком с полновесными триремами казалось ей в высшей степени дурацкой затеей.
Нахмурившись, здоровяк потянулся к Айре, чтобы отпихнуть протянутую руку. Но в последний момент вмешался главарь.
— Почему бы и нет? — Он ухмыльнулся, продемонстрировав дырки на месте выбитых зубов, приблизился к Айре и коснулся кончиков её пальцев, — Рассчитываю на то, что ты очень способный чародей, сестрица.
Айра позволила униремам перекатиться в его ладонь.
— Подарок в честь знакомства, — сказала она, мысленно выдохнув. Теперь, когда волнение ушло, его место заняла тихая радость.
Айра любила детей. Любила помогать детям. То, что помощь продвинет её к собственной цели, она считала приятным бонусом. Получат беспризорники точно больше, чем они считали возможным вытянуть из неё.
«Мягкое сердце не доведёт до добра. Чтобы выжить, даже простым людям требуется быть жесткими, а чтобы выжить нам, нужно довести жесткость души до жестокости разума», — так говорил мастер Зохарий после того, как она отказалась вскрывать ещё живого селянина, похищенного для одного из ритуалов. Порой ей снились кошмары, связанные с тем наказанием, что он наложил на неё за непокорность. Но Айра не перестала верила, что её поступки способны изменить мир к лучшему.
По крайней мере, те, что не включали шпионаж и политические убийства.
— Если хочешь найти ночлег, не привлекая к себе внимания, лучше места, чем «Графская роза», не найти, — произнёс главарь, — Я Эдд.
Мгновение поколебавшись, Айра решила остановиться на настоящем имени — то есть том, которым она пользовалась дольше всего.
— Айра.
Название постоялого двора озадачило её. Эстидак был сердцем баронства, и графов тут отродясь не водилось. А даже если бы водились, требовалось определённое мужество, чтобы связать трактир с благородным сословием, не имея покровителя равного с именем ранга. Проезжающий мимо дворянин, будучи не в духе, вполне мог спалить двор дотла за непочтение к знати. Однако сильно вдаваться в местные обычаи Айра не желала. У неё и так было по уши дел. Она потянулась к кошельку и беззаботно спросила:
— Проводишь?
— Могу. Не трусишь патрулей, или лучше окружным?
— Разве клирики досматривают и жителей?
— Нет, — покачал головой Эдд, — в город монастырских так и не пустили, а местных ряс мало для шмона, да и кто им даст? Но все городские колотушки на взводе.
— Мне бояться нечего, — сказала Айра, — Но раз на взводе, то лучше пройти там, где их поменьше. Только не через дворы.
