Один из адъютантов понятливо кивнул и стряхнул с плеча старика несуществующую пылинку, попутно размазав по нему грязь. Марк перевёл взгляд на Верия и презрительно прищурился.
— Судя по тому, что ты одет, сегодня стычек не было.
Как всякий посредственный военачальник, примипил ревностно цеплялся за правила. То, что правила эти писались седовласыми теоретиками, которые помнили о настоящих схватках примерно столько же, сколько о последних женщинах, подаривших им тепло, его волновало мало. В голове Марка не укладывалось, как можно пренебречь командирскими обязанностями и рвануться в гущу сражения, не построив легионеров в черепаший ход. То, что Верий ринулся в лес, не попытавшись отдать приказов, лишило Марка последнего уважения к нему.
Со своей стороны Верий мог бы объяснить ему… объяснить, что в бою иной раз гадят под себя даже ветераны. Объяснить, что и на новобранцев, и на опытных бойцов личный пример действует куда лучше окриков, которые утопают в какофонии схватки. Объяснить, что только личный пример способен разогнать страх перед неизвестностью первого сражения — сражения во тьме, сражения с людьми, что в ночном мраке кажутся призраками. Однако он сомневался, что до примипила дойдёт. Никогда в жизни Марк не чувствовал отчаяния, которое приносит сужающийся круг врагов. Никогда он не видел гибели друга, прикрывшего его от смертельного удара. Потому Верий просто кивнул и загнал поглубже раздражение.
«Врежь ему. Вспори живот, размажь кишки по его лицу».
— Не было.
— Что ж, в таком случае тебе — и всем нам — крупно повезло. Сучьи выродки наконец собираются выступить лицом к лицу, а не показывать нам свои жопы. Они подтягивают силы к Доронийской равнине.
— Странный выбор. С их стороны разумнее заманить нас в лощины севернее, а на выходе пришпилить атаками с холмов и из леса на западе. Выбить их с холмов без того, чтобы подставить фланги под удар конницы, практически невозможно.
— Уверен, у тебя в запасе ещё немало советов для этих засранцев. Лучше побереги их до момента, когда они будут валяться у нас в ногах.
Верий пожал плечами. Понять логику врагов и обмануть их ожидания — одна из базовых вещей, которые стоит понять на войне, чтобы иметь шансы её пережить.
— Меня… и тебя больше интересует то, что находится перед лесом, — продолжал Марк.
Верий припомнил рассказы разведчиков и планы местности, начерченные на их основе.
— Топь? И что с… — Его охватило дурное предчувствие.
— Пришли приказы когорте, — перебил примипил, горько скривив губы, — Форсировать болото, затаиться в лесу и в нужный час ударить в спину армии восточников. Доходяга, которого утащили, — местный, он утверждает, что знает тропки, позволяющие пройти его насквозь. В обмен на безопасность для себя и семьи он готов провести нас.
Секунду Верий смотрел на него ничего не выражающим взглядом. Затем открыл рот и длинно и грязно выругался.
— Да, именно там самое место Юлию, — согласился примипил, когда он выдохся, — Нам предлагают залезть в трясину по самые яйца вместе с еретиком, а после атаковать — повезёт, если удастся хоть сколько-нибудь передохнуть.
Им повезёт, они переживут путешествие через топи, молча поправил его Верий. А ведь есть ещё проблема с началом атаки: посыльного с приказом они могут не дождаться вовсе, а если бить по времени, то нескоординированные действия могут запросто подставить их под мечи своих.
— У нас ни «щитов», ни «пилумов», — продолжил Марк, — Десятый недоукомплектован. Рясы в ответ на просьбы отправляют в ставку, ставка отправляет к рясам, и все они посылают тебя, как только отвернёшься. Со святошами-то понятно: они не одобряли всю затею с самого начала и даже просили императора передумать. Конечно, они прислали так мало магов, как им позволили обязательства. В штабе творится тьма знает что, Юлий… — он махнул рукой.
— Они предлагают ударному отряду идти в бой без магов?
— Они предлагают нам подохнуть за понюшку табаку! — взорвался Марк, — За сраное, мать его, тактическое, хер ему в свиное рыло, преимущество разлететься на куски от ударов восточных магов и оттянуть на себя внимание основных, драть их вдесятером, сил!
Марк выдохнул и будто сдулся. Его посеревшее от грязи и недосыпа лицо осунулось ещё сильнее.
— Так что вся надежда на тебя, — устало произнёс он, — Если остались связи в Шестом, выбей у Траяна аудиенцию и потребуй у него «пилумы» и «щиты». Если в этом Триедиными забытом балагане и есть компетентные люди, то он один из них. Но мне до него не добраться, на подходах заживо сожрут. Я пробовал. Не поможет он — когорту можно будет хоронить. Хотя с этим вполне справится болото, — он криво усмехнулся и отвернулся, давая понять, что закончил.
