Ничего на это не ответив, я посмотрел на сидящую рядом Мику и вдруг отчетливо понял, что люблю эту девушку.
Вот так просто, без тени сомнения.
‒ Надеюсь, ты понимаешь, как тебе с ней повезло, ‒ указала на Мику Си, не догадываясь, какое открытие я только что для себя сделал.
Я заставил себя перевести взгляд на нее.
‒ Где там твой жених? Чем скорее этот вечер начнется, тем скорее закончится, ‒ сухо отозвался я.
Си ответила, что Клифф вот-вот будет здесь, а потом отошла позвонить ему на мобильный.
Мика, которая еще минуту назад улыбалась и выглядела оживленной, вдруг притихла.
Я догадывался, в чем причина.
Взяв ее за руку, я наклонился к ней и поцеловал ее мягкие, сладкие губы, прошептав:
‒ Я знаю.
Этот вечер обернулся катастрофой.
Причина?
Уоррен Райерс.
Я была готова к тому, что этот человек не понравится мне, но не к тому, что возненавижу его. Он с самого начала делал все, чтобы задеть Дэниела. Но, надо отдать должное Дэниелу, он долго терпел. Мое терпение закончилось бы раньше.
Этот человек был ужасен. Если до сегодняшнего вечера у меня оставались сомнения в том, что Уоррен на самом деле так нетерпим к своему сыну, то теперь они окончательно распались.
Он намеренно унижал Дэниела, не стесняясь ни меня, ни Клиффа. Даже его глупенькой, но хорошенькой подружке стало не по себе от атмосферы за столом.
Мне тоже досталось от отца Дэниела. Он не высказал этого прямо, но отчетливо дал понять, что не стоит всерьез воспринимать девушку, которая зарабатывает себе на жизнь танцами, и вдобавок ко всему является эмигранткой.
‒ Сиенне надо было провести воспитательную беседу с твоим отцом, а не с тобой, ‒ пробормотала я, когда мы вернулись домой.
‒ Типичный папочка. Не понимаю, как я из раза в раз клюю на эту удочку! ‒ зло дернув на шее галстук, процедил Дэниел.
Казалось, он весь изнутри кипел, и только вопросом времени было, когда рванет.
‒ Почему этот сраный, заносчивый ублюдок раз, хотя бы один гребаный раз не мог удержать свой чертов рот закрытым?! ‒ кричал он, не находя себе места.
Скинув пиджак и стянув галстук, он беспокойно вышагивал по гостиной.
‒ Ненавижу его! Просто ненавижу!
Он посмотрел на меня со смесью боли и поражения, и мое сердце тоскливо сжалось из-за него.
‒ Господи, как мне хотелось врезать по его самодовольной роже! ‒ запустив руку в волосы, признался мужчина. ‒ Иногда мне хочется бить и бить его, и не останавливаться, пока…
Голос сорвался. Дэниел замолчал, но мы оба знали, что не озвученным повисло в воздухе.
‒ Эй, тише, тише. ‒ Я подошла к нему, положив ладони на лицо. ‒ Не надо, малыш. Не надо так.
Мое сердце было переполнено нежностью и любовью к нему, а так же обидой и разочарованием из-за него.
‒ Ты лучше него! Ты намного лучше, чем он! ‒ горячо сказала я, осыпая поцелуями его губы, нос и подбородок. Я стремилась окружить его лаской и заботой; вернуть ему уверенность, и показать, что мнение его отца ни черта не стоит. ‒ Я не знаю, какой он врач, но человек он фиговый, ‒ через силу усмехнулась я – только бы не заплакать. ‒ Он ошибается на твой счет. Ты… самый лучший из тех, кого я встречала, ‒ с чувством призналась я.
Его глаза, темные и мятежные, были полны сомнения.
‒ Это не так. ‒ Он покачал головой. ‒ Ты не можешь утверждать так после того, что я рассказал тебе.
‒ Хватит! ‒ повысив голос, перебила я. ‒ Хватит терзать себя из-за того, что было миллион лет назад!
‒ Сколько бы лет не прошло, это не уменьшает моей вины, ‒ упрямо сказал Дэниел.
Ну и как мы перешли от его говнюка отца к этой теме?
‒ Чтобы ты о себе не думал, ты все равно лучшее, что случалось со мной, ‒ не дыша, пробормотала я.
Я смотрела на него широко распахнутыми глазами, в которых отражался страх. Я боялась быть отверженной им.
То есть, я знала, что ему хорошо со мной, но была ли ему нужна моя любовь?
Ничего не отвечая, Дэниел смотрел на меня, будто видя впервые, а во мне нервное напряжение дошло до высшей точки. Лишая его необходимости отвечать, я прижалась ртом к его губам, не оставляя сомнений, чего именно хочу в данный момент.
‒ Мика! ‒ в мой рот со стоном выдохнул Дэниел, посылая дрожь желания по всему моему телу. Наши языки сплелись, поцелуй углубился, а дыхание стало одним на двоих.
Дэниел приподнял меня, и мои ноги обвили его как две лозы. Держа меня, мужчина переместил нас на диван, накрыв меня своим телом – сильным и напряженным от мощного желания.
Не переставая целовать меня, рукой проник под мое платье – прикосновения обжигали, будто жидкий огонь своими языками жалил кожу.
‒ Какая же ты красивая, ‒ касаясь губами моих губ, пробормотал Дэниел. Пальцы огладили бедро, ухватились за трусики и стянули – я приподнялась, помогая ему.
Мы достигли пика в своем возбуждении. Только тяжелое дыхание нас двоих, нетерпеливые движения и желание – нет, настоящая потребность, – раствориться друг в друге.
У меня пересохло в горле. Глядя на Дэниела из-под полуприкрытых ресниц, облизнула губы.
