«Привет, Плюша. Антон запретил тревожить тебя вчера. И я разругался с ним по этому поводу. Похоже, мне стоит начинать учиться самостоятельно колоть себе блокады. Единственное, в чем мы сошлись, так это в том, что необходимо забрать у тебя телефон, чтобы ты отдыхала, а не пыталась ответить всем болельщикам. Но я всё же смог передать тебе букет через медсестру, как только он ушел…:)
Когда тебя увезли в клинику, Ксюша явилась ко мне в номер с миссией правосудия. Она вопила, что я – бесчувственная сволочь, потому что треснул тебе ребра и не испытываю раскаяния по этому поводу. Сначала я не понял, о чем идет речь. Но позже до меня дошло. И я захотел убить тебя. А потом сбился со счета, сколько раз ловил себя на этом желании за то недолгое время, что мы знакомы. Я знаю, что это произошло не во время проката. И могу понять, почему ты решила мне не говорить.
Ты была в моих руках столько раз, и я знал, что ты хрупкая, но не подозревал, что настолько.
Впредь обещаю быть аккуратнее…»
Татьяна счастливо улыбнулась, прикрывая глаза и давая себе насладиться ощущением тепла, разливающегося по телу. Она сильнее сжала в ладони листок бумаги и незаметно для себя вновь провалилась в сон.
Когда Таня открыла глаза, за окном уже темнело. Она проспала весь день. Измученный организм с большой жаждой набирался сил посредством сна. На кровати, в районе ног, Таня обнаружила очаровательного плюшевого котенка, а на полу – ещё три букета. И это было свидетельством того, что её навещали.
«Неужели вы не могли разбудить меня!» – мысленно сокрушалась Таня, с трудом поднимаясь с постели.
Прооперированное плечо отзывалось ноющей болью, а вот неприятных ощущений в ребрах не было. Похоже, хорошо сказались два дня постельного режима. Из трех букетов, в каждом из которых была записка, Татьяна в первую очередь выбрала тот, что был самым большим и вновь состоял из красных роз с крупными бутонами.
«Мы с Алисой попытались перебрать всё, что передали болельщики. Но игрушек оказалось слишком много. Разобрали лишь два пакета из девяти. Этот кот показался мне самым милым. Разрешаю тебе взять его. Со всем остальным поступим так же, как и в прошлый раз. Если ты не против, конечно. Мне уже звонили ребята. Они наперебой поздравляли нас и постоянно отнимали друг у друга телефон. Всё, что я понял, так это то, что девочки теперь мечтают быть красивыми, как «принцесса Таня», а все мальчики хотят быть сильными, как «дядя Женя». Не знаю, что обижает меня больше – то, что ты «принцесса», а я «дядя» вместо, казалось бы, более подходящего тебе в пару «принца», или то, что ты спала, когда я пришел.
Поправляйся скорее. Если я ещё раз схожу с Томасом за местными бургерами, то стану обладателем идеальной фигуры в форме шара…»
