Алиса счастливо улыбнулась, понимая по глазам Жени, что он всё помнит. Помнит каждый виток их головокружительной во всех смыслах карьеры. И эти совместные воспоминания подарили отличное настроение. Ольга Андреевна, подойдя к борту, с удивлением обнаружила, как они принялись за тренировки с новым рвением, оставив все размолвки. В перерывах между прогонами и оттачиванием отдельных элементов они даже смеялись и вспоминали какие-то старые шутки.
Таня устало развязала шнурки ботинок, и, освободив ступни, согнула ноги в коленях, притянув к себе и радуясь, что комфортабельные кресла самолёта позволяют это сделать.
– Ты когда-нибудь была в Америке? – поинтересовался сидевший рядом Арсений.
Таня отрицательно качнула головой.
– Сегодня вечером будет тренировка, – напомнил Мельников – справитесь без меня? Хочу прогуляться по книжным магазинам. Лэйк-Плэсид это, конечно, не Нью-Йорк, где можно найти что угодно, но вдруг мне повезет и я таки найду хорошие научные труды по фигурному катанию…
– Справимся, – кивнула Таня, надеясь, что Арсений всё же не сможет ничего найти. Они с Ильей уже заказали шикарные многотомные издания из Канады, вспомнив о намечающемся дне рождении тренера.
– И ещё пресс-конференция. Но там я точно за вас буду спокоен. Косноязычием ты явно не страдаешь. Дашь фору любому спичрайтеру.
– Спасибо за комплимент, – натянуто улыбнулась Таня, не желая портить настроение тренеру, – но ты уверен, что она обязательна?
– Это не пресс-конференция для фигуристов, которым нечего делать за день до соревнований, – строго пояснил Арсений, расстегивая олимпийку сборной и впервые за тринадцать лет вновь испытывая чувство гордости от её ношения, – это пресс-конференция двух российских пар, приехавших на этап гран-при. А именно Татьяны Алексеевой, Ильи Томилина, Алисы Калининой и Ев…
– Хватит! – оборвала Таня, выставив вперед ладони. – Я поняла. Будем на этой пресс-конференции.
Российские фигуристы вошли в небольшой конференц-зал первыми. По рассадке, составленной организаторами, им необходимо было сесть в порядке Алиса, Евгений, Татьяна, Илья. Высказывать недовольство было уже поздно, так как в зал начали заходить журналисты, а потому Тане пришлось согласиться сидеть между бывшим партнером и нынешним. Подходя к столу, Евгений отодвинул два стула – для Алисы и Тани, но с недовольством заметил, что за другой угол спинки одного из стульев уже схватился Илья.
– Ну, вы прямо как жених с невестой, – успела шепнуть Алиса, довольно улыбнувшись, – во главе стола сидите.
– Очень смешно, – мрачно проворчал Евгений, вставляя в ухо наушник для синхронного перевода, и шмыгнул носом, успев в сотый раз проклясть насморк, не желавший его покидать.
Пресс-конференция началась с дежурного приветствия, а продолжилась банальными вопросами о межсезонной подготовке, о новых программах и об ожиданиях от сезона.
– Мистер Громов, – обратилась к нему миловидная американская журналистка, – вы считаете свой вид спорта романтичным?
– Я считаю, что фигурное катание излишне романтизируют, – серьезно ответил Громов. – Разве можно считать романтичным вид спорта, в котором название одного из основных элементов переводится как «спираль смерти»?
Как только до журналистов дошел смысл сказанного, по залу прокатился легкий смех, а затем вопросы вновь вернулись в скучное русло. У Алисы интересовались процессом восстановления после аварии, у Евгения спрашивали о питании и тренировках, у Ильи – о том, как он себя чувствует, резко оказавшись на одном уровне с именитой парой Калинина/Громов. И только вопрос, обращенный к Тане, поставил её в неловкое положение.
– Скажите, Татьяна, – с трудом выговорил имя американский журналист, – с кем из партнеров, сидящих по двум сторонам от вас, вам комфортнее кататься?
– Это некорректный вопрос, – вздохнула Таня, – Илья и Евгений очень разные. Но они оба для меня равноценны.
– То есть ни один из них не был вам дороже? – хитро сощурил глаза американец.
– Ни одного из моих партнеров я не воспринимала как мужчину, – уверенно лгала Таня, – ни с кем из них меня не связывали отношения, выходящие за рамки рабочих. Только спорт.
Журналист кивнул и опустился на место, явно раздосадованный тем, что не смог выудить ничего «горяченького». Таня на корню пресекала любые намеки на романтические отношения с кем-либо из партнеров. И даже не догадывалась, как сильно скрежетали зубы Громова, сидевшего рядом. От слов бывшей партнерши в груди его всё пылало злости.
Евгений с Алисой направлялись к выходу на лёд по подтрибунному помещению. Завтра здесь стартует американский этап гран-при. Все его участники уже прибыли, а потому тренировочный лёд был расписан между ними по минутам.
На катке последние минуты катались Таня с Ильей, шлифуя двойной аксель. У борта, скрестив руки на груди, стоял Мельников, а на трибунах рассредоточились представители американской и канадской федераций, фигуристы и волонтеры.
