– Сеня, ты теперь тренер, мой коллега. А хороший тренер – это всегда хороший психолог. Не пытайся меня обмануть, я рассекретила вас с Алисой ещё в Ванкувере. Но надо признать, – Ольга Андреевна поспешила не дать ему вставить глупых оправданий, – держались вы хорошо. Никто, кроме меня до сих пор не знает?
– Только Таня, – выдохнул Арсений, понимая, что его, а точнее, их с Алисой, действительно полностью рассекретили. Но были в этом и плюсы. Теперь можно было узнать причину, по которой к нему пришел его первый тренер. – С ней что-то случилось?
– Давай присядем… – Ольга Андреевна осмотрела опустевший с наступлением вечера холл ледового дворца и нашла взглядом небольшой диванчик возле кофейного автомата.
Ольга Андреевна и Арсений подошли к небольшому диванчику в холле ледового дворца.
– Алису нужно забирать из спорта, – без прелюдий озвучила Ольга Андреевна, даже не догадываясь о том, как сильно ударила по больной мозоли Арсения. – Я не знаю, пытался ты это сделать или нет, но…
– Почему? – для Мельникова причины желания забрать Алису из фигурного катания были продиктованы любовью и ревностью, а чем руководствовалась Ольга Андреевна, он не знал.
Вместо ответа та лишь тяжело вздохнула и достала из сумки какие-то медицинские документы.
– Ну, коллега, – улыбнулась она, положив две папки на колени Арсения, – что скажете?
Мельников открыл первую подборку документов, в числе которых были медицинские анализы и спортивные показатели. Однако, пробежавшись по цифрам, Арсений сразу понял, что эти совершенные, даже идеальные и завышенные показатели принадлежат мужчине. Он поднялся глазами вверх и убедился в своей правоте. Надпись вверху гласила «Данные профильного спортивного медицинского обследования Громова Е.А. (09.04.1989) от 1.10.18. Конфиденциально».
Ольга Андреевна с едва уловимой улыбкой смотрела на Арсения, ожидая от него какого-то комментария, но в голове молодого тренера не было ничего кроме вопроса «он вообще человек?», потому как иметь такую силу и выносливость в почти тридцать – невероятно. Во многих показателях ему могли позавидовать юниоры. И это рождало в голове Мельникова новый вопрос о том, кому и когда Евгений продал душу. Потому что даже компетенции дьявола на такое не факт, что хватило бы. И даже то, что у Громова было диагностировано «спортивное сердце», являющееся относительно новым понятием для отечественной спортивной медицины, нисколько не делало его слабее.
– И что вы хотите этим сказать?
– Не заводись, – поспешила успокоить она и положила на его колени другую папку. Ту, где были свежие показатели Алисы. И теперь Арсений понял причину беспокойства Ольги Андреевны. Калинина проседала почти по всем чисто спортивным показателям. Организм, с трудом оправившийся после автомобильной аварии, не смог адаптироваться к нагрузкам, которые раньше были привычными.
– Для Жени его идеальная форма – константа, – пояснила тренер, – а та форма, которая сейчас позволяет Алисе кататься с ним – лишь временное явление, которое очень быстро пойдет на спад…
– Я понимаю, – тихо проговорил Арсений, вглядываясь в цифры.
– Она уже сейчас разваливается, Сеня, – вздохнула Ольга Андреевна, но, поймав на себе встревоженный взгляд бывшего ученика, сразу же поспешила дополнить фразу. – Нет, она, конечно, выступит на «Америке», она умеет собираться и вытаскивать программу «на зубах», но потом…
– Она не говорила, что всё так… – Мельников порывался использовать нецензурный эквивалент слова «плохо», но поджал губы, понимая, что нужно сдержаться. Однако Алиса действительно не рассказывала о том, что её дела на льду в последнее время не самые радужные. Впрочем, они негласно решили вообще не поднимать тему льда. Ни того, на котором тренировалась Калинина с Громовым, ни того, у борта которого стоял Арсений. Они оба демонстративно опускали это тему, понимая, что ничего хорошего это не принесет. Но ничего хорошего не принесло в итоге именно умалчивание и откладывание в пресловутый «долгий ящик».
– Сеня, – ласково начала Ольга Андреевна, замечая, что он начал злиться, – из вас четверых ты самый мудрый. Поэтому я пришла к тебе.
– С чего такой вывод? – не слишком корректно поинтересовался Мельников, в голове которого крутилась лишь одна мысль. О том, что Алиса планомерно скрывала от него свои неудачи на льду и свою падающую динамику.
– Как минимум, с того, что ты старший, – улыбнулась она, пытаясь пошутить, но снова задела за больное.
– Возраст не является показателем мудрости, – качнул головой Мельников.
– Но в твоем случае это так, – кивнула Ольга Андреевна. – Ты уже работаешь тренером, а это тоже показатель зрелости. Тем более ты взялся за сложную пару, к которой приковано большое внимание. На тебе огромная ответственность.
