– Хорошо. – он истерично заулыбался. Мускулы его покрасневшего лица задергались. В ярких лучах утреннего солнца оно, вспотевшее, заблестело. Таррос прерывисто дышал.
– Ясно. Я понял тебя. – он покачал головой. Эрис смотрела на него своим любящим жалостливым взглядом. Но его глаза наполнились гневом и обидой. Пройдя пару шагов спиной вперед, Таррос резко развернулся и по-армейски зашагал к выходу. Сердце Эрис умирало. Его громкие уверенные шаги удалялись. Калитка шумно захлопнулась. Остервенелое гавканье собаки утихло.
– Что это было, Эрис?!! – бабушка смотрела гневно.
– Я… Не знаю… – ответила Эрис. Она смахнула слезы и на ватных ногах принялась доделывать работу дрожащими руками, не соображая, что делает. Бабушка была вне себя. Она ругалась – ее дочь, Эрис, магнаты, венецианцы, крестоносцы: все мелось в одну кучу злым языком.
Таррос был вне себя. Он не мог поверить, просто не мог поверить, что эти нежные губы противоречили искренним глазам. Он был на грани. Таррос полетел в часть. Он рыскался Алессандро. Командир с пристрастием допросил часовых – не приходила ли вчера в его отсутствие Педитес Эрис Фортунато Лефкас? Некоторые напуганные солдаты рассказали, что она приходила и после уединения с сыскным милитари Алессандро Армандо убежала в истерике. Он захотел убить лучшего друга. Таррос поскакал на окраину Ситии – на стройку Каза де Армы.
Таррос увидел Алессандро издалека. Командуя войнами, он был в крайне волнительном виде. Командир сильно ударил Сириуса и тот помчался с бешеной скоростью к объекту.
Таррос соскочил с лошади, Алессандро хотел было поздороваться с Тарросом, но тот опередил его, спрыгнув и накинувшись на Алессандро:
– Tartarillo!
– Правду! Это ты болван! Я не хочу твоей смерти! – Армандо разозлился. Сильно.
– Какая тебе разница, не лезь не в свое дело! – ярость душила Тарроса.
– Мое дело! Я обещал твоим родителям присматривать за тобой. Я не брошу тебя, придурок. Провведиторе уже в пути. – отрезал он.
– Мне по уй на твоего провведиторе! Non me ne frega niente del tuo amico!!! *
– Командир Таррос, успокойтесь. – просили его солдаты, пытаясь успокоить.
Он сжигал самого себя. Его чувства разрушали всё. Он обессилел и сел на землю.
– Fratello… – тихо говорил Алессандро, кладя свою руку на его плечо.
– Отвали! – грубо рявкнул командир, дернув плечом и скинув его ладонь. Таррос обхватил буйную голову. Он смотрел на землю отчаянными глазами.
– Брат. Я хочу добра. – уверял Алессандро. – Я ничего не сделал вам. Я просто сказал горькую правду. Я не хотел, она сама требовала, брат. Я не смог соврать твоей Эрис. – он лгал и на сердце его наматывались железные цепи совести.
– Сама, говоришь? – Таррос пристально посмотрел в глаза лучшего друга. Проницательный, он увидел то, что ему вполне хватило.
Таррос встал и собрался уходить. Если бы не прибывшая повозка. Из нее с пафосом вышли опасные люди. Одетый с иголочки, и матерый на вид, подобно Тарросу. Только намного уступавший командиру.
– Кто из вас, уважаемые Сегноре, Таррос Армандо? – спросил человек, сверля глазами.
– Я. – уверенно ответил Таррос.
– Мы прибыли по приказу Его Светлости Дожа с заданием ознакомиться, как проходит строительство Крепости. – он лукаво улыбнулся. Его холеный вид выдавал пройдоху.
– Сегноре Амареццо! – воскликнул Алессандро. – Пойдемте, я познакомлю Вас с прогрессом. – он надел свою непринужденную маску дипломата. Совсем не заискивая, по-приятельски. – А Таррос Армандо очень устал. Он работает не покладая рук во имя Венеции.
– Молодец. Молодец. Сегноре Армандо незаменим для Республики. – Гость покачал головой.
Таррос на три дня погрузился в работу. Эрис не приходила. Но ее вызвали в гарнизон. Ей пришлось взяться за работу с рвением – за каждым шагом следил Амареццо. Таррос метался от части к Крепости, жутко уставая. Под пристальным наблюдением провведиторе он руководил всем. А Алессандро мастерски забалтывал комиссионера. И, через три дня, только своим видом довольный человек власти уехал восвояси. Он знал все – от и до. Провведиторе прекрасно покопался в грязном белье, но у него не было доказательств. Проверяющий решил поиграть с жертвами. Допрос Эрис не был проведен, опять же – не к чему было придраться. Таррос и Эрис даже не успевали видеться. А если и пересекались взглядами – кроме стального холода между ними провведиторе не замечал ничего. Хитрый Алессандро все устроил. Упрямый Таррос заштриховал. Провведиторе не случайно обещал вернуться только к Тарросу. Через прошествие некоторого времени. Лично. Что тому очень не понравилось.
