С Эрис сорвали византийские одежды, оставив рубаху и тюркские кожаные штаны для всадников. Она не могла шевельнутся – воинов было слишком много. Ее руки крепко привязали к горизонтальному бревну для пыток. Она видела рядом колесо смерти и множество железных орудий, о назначении которых можно было только догадываться. Но пока что эта участь её миновала.
Ее ноги и руки прикрепили намертво к перекладинам, не оставив малейшего шанса на спасение. Эрис думала лишь о Беркуте. Его душераздирающий крик стоял в ее ушах. Она смотрела на угрюмых солдат, молча исполняющих своё дело. Это было похоже на то, когда обездвиженный, но бдеющий больной ждет действий тщательно готовящегося специалиста.
Солдаты сняли с нее платок. Один принялся мочить плеть в бочке. Но потом приказал другим сослуживцам окатить ее водой с головы до ног. Это был тот самый смотритель темницы. Ее сердце чуть не остановилось – такая ледяная была вода. Ее заплетенные в высокую косу волосы прильнули к телу. Отдельные пряди налипли на виски, скулы, щеки и губы.
– Гадина. Тварь. Кого хотела обмануть?! – он вознес плеть и с размаху ударил Эрис по спине. Солдаты вышли. Хлесткий звук с треском разорвал воздух. Эрис не подала виду и голоса.
"Господь наш! Не обременяй нас тем, что нам не под силу. Будь снисходителен к нам! Прости нас и помилуй! Ты – наш Покровитель. Помоги же нам одержать верх над неверующими людьми. Аллах… Ахад." – в душе просила она.
– Я сразу подумал, что ты не мужик! Голос как у бабы! – он бил ее с неимоверной силой и ненавистью. Эрис лишь вздрагивала, стиснув зубы и закрыв глаза. – Наш архонт – слишком мягкотелый! Вот дождешься диоикитиса… – он злорадно засмеялся. – Будешь молить о смерти!!
Эрис рвало от боли на куски. Каждая ее клеточка горела от ударов. Током отдавало даже в пальцы рук и ног. Она почувствовала, как незажившая спина начала кровоточить. Эрис почуяла запах крови. Горячая, она начала мочить бинты и стекать ниже.
Ее рубаха на спине превратилась в лохмотья. Бинты под ней пока держались.
" Аллах…
Гад. Чтоб твои руки отрубили! Чтобы ты сдох."
Ее голова уже кружилась. Ее мутило. Она смотрела на вентиляционную дырку под потолком – небо начало сереть.
Гавриил вошел в темницу. Он приблизился к ней.
– Смотри-ка, какая красота! – огонь от факелов отливал красным на ее блестящем лице. Она грозно смотрела ему прямо в глаза. Ни капли страха. Ни капли уступки.
– С. ка. Кто такая? Ты пришла за сыном бея, положив стольких моих людей? Ты думаешь, это сойдет тебе с рук? Кстати, красивые ручки. – толстый старик прикоснулся к ее рукам, потом сжал ее лицо. – Погоди, Ангелос. Не бей. Такую жалко убивать, не использовав ее красоты. Это ж надо! – мерзкий архонт вытащил свой клинок и разорвал ее рубаху. Он довольно хмыкнул, давя на лицо.
– Говори – с кем пришла и где подельники?!!
Эрис уничтожала его глазами. Она скалилась, рычала и выгибалась. На секунду она уловила страх в глазах ублюдка. Верхняя часть туловища Эрис была туго бандажированна. Она плюнула в лицо Гавриила. Он приказал ударить ее по голове, чтобы Эрис отключилась. Она потеряла сознание.
Таррос вошел в момент, когда архонт почти прикоснулся своими погаными лапами к белой кожи обреченной девушки.
Он видел омерзительное выражение лица Гавриила. Он видел девушку, беспомощно висящую на перекладине. Знакомые безупречные очертания разили его. Но опущенное лицо пленницы не было четко видно. С ее затылка тонкой струйкой стекала кровь. Она доходила до кончика носа и капала на забинтованную грудь.
– Гавриил! – крикнул он не своим голосом. Таррос рывком приблизился.
– О, диоикитис! Смотри, какая птичка попалась! Но эта тварь нанесла мне урон. И я, хозяин сей крепости, накажу ее самым беспощадным способом! – сказал он и начал копошится в своих ремнях.
Таррос не слышал его слов. Он не спрашивал разрешения. Он повернул лицо Эрис к себе, взяв его ладонью. Он был ошарашен. Изумленное ошеломление выразилось в его глазах. Его черные брови вскочили ко лбу. На миг он замер. Гавриил уставился на него и обомлел. Таррос быстро посмотрел на её живот. Он осторожно прикоснулся пальцами к старому шраму Эрис. Командир повернулся к Гавриилу.
Гавриил попятился назад от ужасающего, разъяренного взгляда командира. Его желваки дергались, а ноздри расширялись и сужались. Гавриил услышал его гулкое, бешеное дыхание.
– Таррос, ты что?! – произнес Гавриил испуганным голосом.
Таррос вытащил свой меч. Он пошел на него. Гавриил пятился назад.
– Отставить, Таррос, ты в своем уме! – завопил он. – Стража!!!
– Никто никогда не смеет прикоснуться к моей Эрис! – Таррос размахнулся. Голова архонта с глухим звуком покатилась по полу тюрьмы. Таррос повернулся к палачу.
– Диоикитис, пощадите, я выполнял приказ! Диоикитис! – взмолился Ангелос, падая на колени. Таррос отрубил ему руки от самых плеч.
– Ты подохнешь медленно. – он вставил грязный меч в ножны и пнул своего подчиненного.
