– Аллах, помоги, прошу…
От боли она часто и неглубоко вдыхала. Дина с трудом села. Ее ноги слегка опухли. Может, от холодной воды, может от исполнения приговора. Она не понимала, где находится. От потери крови ее онемевшие руки дрожали. В глазах зеленело. Уши закладывало.
Эрис-Дина осмотрелась.
Комната была пуста. Ничего лишнего. Никаких украшений и излишков быта. Жесткая амфикефаль. Чистота и порядок. Стол у окна с разобранными бумагами. Стул, на спинке которого висела толстая зимняя куртка офицера византийской армии. Из грубой бордовой ткани на подкладке, с желто-золотой вышивкой и флагом. Небольшой шкаф в углу комнаты. Над кроватью висело распятье из орехового дерева и черные четки с крестом. Воздух пах мужским холодным благовонием.
Эрис оглянулась на спину. Слой спекшейся крови блестел глянцем.
Эрис помнила удар по голове. И рожу Гавриила.
Эрис искала глазами, что можно одеть. Она медленно встала и пошла к шкафу, прижав к себе окровавленную простынь. Она открыла дверцу. Здесь было мало вещей. Чистые, они висели аккуратно. Эрис увидела свадебную котту Тарроса.
Там, где находится самый большой сгусток человеческой души, глубоко в груди, больно сжало. Эрис испытала физическую боль. Она прикоснулась к шелковому наряду. Всего лишь одна вещь способна вытащить багаж давно забытых воспоминаний из самых глухих закоулков разума. Она поскорее отодвинула котту, выбрав простую рубаху.
– Прости меня, Господи… – она надела ее. Потом начала искать, чем покрыть голову. Ничего подходящего, кроме накидки с капюшоном, не было. Она стащила ее с деревянной вешалки. Под накидкой висел белый шарф. Эрис замерла. Она будто бы видела наяву. Осязала. Чувствовала и слышала.
"…Жаркий летний день. Эрис спряталась за деревом. Она насмехалась над Тарросом, тайно наблюдая. Сумасшедшая критская свадьба была в самом разгаре. Эрис любовалась всегда серьезным командиром, который сейчас выглядел растерянным и беспомощным. Девушка разглядывала его и улыбалась. Она смотрела, что он будет делать, не увидя ее.
– Эрис! – Таррос искал её глазами. – Эрис, ты где? – он чуть не наступил на собаку, спокойно лежащую в пыли посреди хаоса.
– Я здесь! – он услышал со спины её звонкий голос. Таррос повернулся.
– Добро пожаловать на большую критскую свадьбу! – воскликнула Эрис. Таррос, немного озадаченный и удивленный, улыбнулся.
– Сначала нужно приподнести подарок! – к ним подошла девушка с подносом, – Необходимо выложить что-нибудь весомое. – Эрис вытащила золотые монеты и положила их. Следом за ней так же поступил и Таррос. Девушка улыбнулась и дала им белые повязки.
– И что мне с ней делать? – спросил Таррос, вертя её в руке.
Эрис взяла шарф из его руки и повязала ему на голову. Время остановило свой ход. От ее прикосновения по коже Тарроса прошлись мурашки. Эрис увидела это.
– Вот так! – она засмеялась, смотря на командира.
– А себе что? – спросил Таррос, докрикиваясь до неё через веселый шум.
– Сейчас… – Эрис повязала свой шарфик на изящный стан. – Готово!..»
Она помнила его искренние глаза. Они искрились и превозносили её. Эрис прикоснулась к повязке.
– Зачем ты хранишь все это?.. – еле слышно проговорила она. – Зачем…
Горло Эрис свело от слёз. Они сами закапали из глаз. Эрис накинула капюшон и спешно отвернулась. Его благоухание окутало ее, погрузило в себя и не захотело выпускать. Большим страданием была гудящая от боли спина. Она чувствовала, как рубашка противно прилипает и отлепляется от ее спины на каждом шагу, заставляя раз за разом вздрагивать от нечеловеческой боли. Но её сердцу было больнее. Во много-много раз.
Эрис подковыляла к двери. Та, к ее ужасу и разочароаанию, оказалась запертой.
"О, Аллах, не оставляй меня у этого неверного, у этого кровожадного зверя, прошу…" – дыхание Дины сперло от страха. Она не боялась так бешеных монголов или бесчеловечных разбойников, инфантильного архонта и запрограммированных солдат, но сегодня испугалась до боли знакомого Тарроса. Дина прильнула лбом к двери, тихо плача от безысходности.
Вдруг за дверью послышался шорох. Сердце Дины замерло. Она попятилась назад. Не найдя ничего, никакого оружия, девушка увидела глинянную амфору с водой. Эрис схватила ее и отошла за шкаф.
Замок щелкнул.
Раз, два…
В комнату вошла Агейп. Дина выскочила на неё.
– Сестра, прости меня! – произнесла девушка. – Я думала, ты солдат, забравший ребенка. Я думала, ему грозит опасность. Я не могла оставить это так!
– Я хотела убить тебя, как свидетеля. Но женщин мы не обижаем. Даже таких подлых, как ты! – оскалилась Эрис.
– Мальчик у меня. Гавриил мертв.
– Что? Кто убил архонта?
– Я думала, это сделала ты.
– Нет… – теперь она поняла, что произошло, пока она была без сознания.
– Архонт был моим мужем. Он мерзкий тиран. Я любила другого. Он его убил. Посмотри на моё избитое лицо – никто и не думал за меня заступаться здесь. – она заплакала. – Мой Леон. Он потерял жизнь, заслоняя меня собой. Защищая нашего ребенка…
– Капитан Леон? Он был смелым человеком. – произнесла Эрис. – Достойный враг.
– Я хочу помочь тебе. Но при одном условии.
– Говори.
