– Маулен. Мне не нравится это. Достаточно, если Таррос сам даст показания.
– А он их даст?
– Я постараюсь уговорить его.
– Каким образом?
– Пока не могу сказать. Не обижайся. – он, как настоящий военный, не мог поделиться служебной тайной. Даже с человеком султана. Даже с собственным братом.
– Пусть Дина идёт и разоблачит его.
– Я не пойму тебя, к чему ты клонишь? – разозлился Малик. – Наверное, ты совсем сходишь с ума… Я предупреждал тебя, братишка!
– Это вы все сошли с ума. Только дураку не видно, что они знакомы. Я был в Никее и разузнал многое. – хладнокровно произнес Маулен.
– Не будь подонком, братишка. Это не имеет значения. Ты хочешь опозорить ту, которую любишь? Зачем это тебе? Чего ты добиваешься??
– Справедливого суда. Уничтожения Тарроса. Я мечтаю, чтобы он подох на плахе, с позором. Я хочу, чтобы Дина сама всё сказала. Чтобы она приложила руку к его уничтожению. Чтобы она вспомнила все то, что совершил Таррос по отношению к ней. – он рычал, подобно сумасшедшему.
– Братишка… Не теряй свою Веру. Не поступай так с Диной! Мы многим обязаны ей!
– Она уже дала согласие. Нам остается дождаться Иоанна, и суд начнется.
Малик сделал укоризненный жест головой. Его лицо было преисполненно строгости.
– Свидание закончено. Юзбаши
Маулен благодарно похлопал солдата по плечу. Он сказал Малику.
– Брат. Да поможет тебе Аллах!
– Аминь, братишка.
Малик остался один.
Эрис вошла в город. Они боялись, что Тарроса убьют враги Малика. Эрис искала добровольца. Ирбис предложил:
– Я пойду вместо него в темницу. Я похож на грека.
– Но ты – молод. А этот. – Арслан ухмыльнулся, покосясь на Тарроса. – ровесник Малик бея. Если не старше!
– Тогда иди ты.
– Нет уж. Погибать из-за этого гада в темнице. Увольте. – отказался Арслан.
– Я пойду. – сказал Тюркют.
– Нет, Тюркют. У тебя молодая жена. Она ждет тебя. – воспротивилась Эрис.
– Только я знаю греческий. И ты, абла. Больше никто.
Делать было нечего. Тюркюта постригли и нарядили в византийскую форму.
Они спрятали Тарроса недалеко от дворца – в постоялом доме. Арслан и Эрис остались с ним.
Тюркют и войны направились во дворец. Эрис спрятала иглы в его нательный деревянный крест и научила, куда нужно их вонзать, чтобы поразить нападающих наверняка. Она наказала ни в коем случае не есть и не пить тюремные еду и воду.
Эрис осталось следить, когда приедет Дука и начнется суд.
Зря Таррос надеялся, что увидит ее. Живя сутки в соседней комнате, она ни разу не зашла к альпу и к нему. Маулен тоже надеялся ее увидеть. Но она старалась не попадаться. Он подал Эрис в список присутствующих на суде.
Иоанн приехал в Конью. Предупрежденный Гияс-ад-Дин встретил его со всеми почестями. В свите правителя был Алексис Каллергис. Дуке быстро рассказали о принятии Гияс-ад-Дином христианства. Он был приятно удивлен. После долгой беседы тет-а-тет, они приняли решение о присоединении Белокомы к Никейской Республике и возвращении Султанату приграничных земель. Стороны выплатили друг другу материальный урон в связи с потерей людей. У власти и простолюдинов разные взгляды на жизнь плебеев и её бесценность…
Тюркют сидел в темнице. Как и предполагала Эрис, на него напали. Он справился с тремя палачами. Всё обошлось. Но об этом не узнал никто. И стражники лишь молча убрали трупы. Теперь Тюркют с ужасом заметил весь масштаб произвола, царящего здесь.
Малик и Тюркют не виделись. Они были в разных местах. Но перед судом Малик увидел его мельком и очень удивился. Он всё понял и остался доволен проявленной смекалке Кокжал.
– Передай Тарросу, что Малик обещает ему свободу в обмен на правду. – сказал Малик на ухо тюрку, проходя мимо него в зал.
Эрис выяснила время суда. В самый нужный момент она привела Тарроса. Маулен, увидев ненавистного соперника, захотел придушить его.
– Дина! – он, улыбаясь, подбежал к ней. – Дина, мир тебе. Как твои дела? – Маулен приказал вести Тарроса в отдельную комнату ожидания.
– Арслан пойдет с ним! – холодно заявила девушка.
– Хорошо. Альп. Будь с ним. – Таррос видел взгляд Маулена. Он мгновенно возненавидел его еще больше. – Развяжите этого пса и наденьте кандалы. Вытащи его кляп. – приказал юзбашы своему солдату.
– Проклятый Альвизе Гварди. Какой же ты… – Таррос помотал головой. – Настоящий демон. Так мастерски меняешь обличья…
– Ты тоже не промах, тамплиер-венецианец. Да, Дина?
Эрис стояла и молчала. Маулен вел себя обходительно, всячески показывая свою симпатию. Он делал это назло Тарросу. Она не смотрела ни на того, ни на другого.
– Милая Дина… Я скучал по тебе. Я жду твоего ответа. Мама ждет нас. – он произнес эти ненавистные слова на греческом. Дина обожгла его глазами. Она ответила на тюркском.
– Я помогаю тебе ради Малика. Я терплю тебя ради него. Не нарывайся.
Он улыбался так, будто бы Эрис ответила ему приятными словами. Он благодарно покачал головой. Таррос чуть не заплакал.
– Веди отсюда эту гниду, Арслан-альп. – приказал Маулен, толкнув Тарроса под затылок ладонью.
– Хорошо, Маулен бей.
