– Ваша династия имела арабское происхождение, двести лет назад Кесраниды были персианизированы, и заявляли, что являются потомками древнеперсидских Сасанидских царей. А Кесраниды – вторая династия ширваншахов. Сменила династию Мазьядидов. Происходила от ширваншаха Йазида ибн Ахмада. Вы имеете арабские корни, Ширвашидзе.
– Сельджуки в свое время подчинили персов. И теперь говорят на языке моих предков! Моих! Ты! Кто ты такой, чтоб указывать мне на ошибки? – Он зло стрелял глазами в Тарроса.
– Я не знаю своих корней так, как знаете свою родословную Вы. Я шел сюда, чтобы перетянуть Абхазию на нашу сторону, потому что султан надеется на помощь верующих. Я сам воевал против него. Но я увидел, что ошибался. Я раскаялся. Принял веру пророка из числа земляков ваших предков. Если сохранение Единобожия и справедливых законов не прельщает Вам, хотя бы примкните к нам в дань предкам – сарацинам. Помните, что с севера и востока Вас уже окружили мощные враги. Я полагаю, Ваше положение невыгодно. Если вычислить по закону стратегии – Вам будет лучше принять предложение Гияс-ад-Дина.
Эристав хмуро оглядывал Тарроса. Все же, его взор начал оттаивать.
– Мне надо посоветоваться. – сказал он, резко встав с трона.
Таррос ухмыльнулся. Половина работы была сделана.
После недолгого совещания Таррос ликовал – Дардын решил помочь султану. Они вместе начали объезжать близлежащие земли. Дардын послал гонцов к соседним князьям. Он обещал собрать большое количество людей. А Таррос обещал от имени султана почёт смелому князю, отколовшемуся от влиятельных верхушек, захваченных язычниками.
– Мой любимый… Как ты там… – шептала Эрис, всматриваясь в розовеющий горизонт. Она приезжала сюда каждый день – на место, где они разминулись. Все краски жизни для неё померкли. Горечь существования подслащало одно – она почувствовала, что носит под сердцем ребенка Тарроса. Что-то внизу живота, в его теплом нутре трепыхалось, подобно крошечной рыбке в ладони. Если приложить руку – не почувствуешь. Счастливая мать ожидала чуда. Она разговаривала с этим созданием, рассказывая о том, какой умный, красивый и сильный у него отец и делилась о том, как любит их обоих.
Таррос уставал – он сгорал на этом неблагодарном поприще военного. Человека, который умирает в тени, даря другим жизнь, свободу и достижение целей. Он терпеливо сносил эти лишения всю жизнь. Теперь же мечтал поскорее вернуться к своей любимой жене, обнять ее и больше не отпускать. Сейчас он смотрел на ряды безусых новобранцев и опытных мужей. Таррос размышлял об их участи. Ему было жаль, он знал наверняка – вернутся только рожденные в рубашке.
Таррос думал, что если он приведет войско, ему нужно будет идти на войну. Будет призыв и пойдут все.
Проклятое слово – «Война» всю жизнь вставала между ним и Эрис. Война между колонизаторами и рабами; война между нациями, между сословиями; война между крестом и полумесяцем; их личная война друг с другом…
Они преодолели всё и пришли к согласию. Сегодня упоенная любовь, а завтра утром война подступит к порогу дома черной бедой, и принесет лишь горе, сломав судьбы потомкам Адама.
– Господи… Сколько же еще испытаний Ты приготовил для нас с Эрис… Всевышний… Я скучаю по ней… Храни её, Аллах. – тихо просил он, выстаивая ночную молитву после тяжелого дня. В прохладном мраке далекого города, в его тишине Аббас разговаривал с Ним.
– Господь мой! Даруй мне отраду глаз в моей супруге и потомках и сделай нас образцом для богобоязненных. – заключил он, вытирая скрытую ото всех слезу.
Через две недели все, кто хотел примкнуть, собрался. Дардын был доволен хорошей работой. Все же, было много струсивших глав, сдавшихся без боя.
