Выйти на улицу после плотного завтрака, обсуждения наших планов и размещения в моём доме Глории и Колла, было очень неприятным событием для всех нас. Помимо перешёптываний и открытых оскорблений, нас даже не впустили в супермаркет, отказавшись обслуживать. Благо, что у Лолы были ключи от складов отца, и они с Фергюсоном привезли продукты на первое время. Хорошо, они их нагло украли. И ладно бы осуждение, но видеть отвращение… Видеть, как переводят детей на другую сторону улицы, только бы не идти с нами по одной дороге, ужасно. Такого я себе представить не могла. Это обидно. Безумно обидно быть без вины виноватой для всех, особенно для взрослого населения, запрещающего своим детям общаться с нами. Но нашлись и те, кто готов перейти на нашу сторону. Гарри и Лола полдня гонялись за ребятами из старших классов с действующей группой поддержки и старыми знакомыми, чтобы убедить их помочь нам. Некоторые согласились, кто-то наотрез отказался даже говорить с ними. По итогу этого дня у нас в команде всего пятнадцать человек, готовых втайне от всех устроить вечеринку через пять дней. Времени на подготовку, чтобы воплотить грандиозный план Гарри, очень мало. До сих пор не верю, что это происходит с нами и с человеком, ранее отзывавшимся на имя Эд. Но он стал другим. Я видела это. Он, действительно, превратился в друга и воинственного хищника, готового убивать за свою идею. Наверное, я в шоке и слишком восхищена тем, что он сегодня сделал, поэтому и голова немного кружится.
– Держи, – протягиваю Гарри бутылку папиного пива и сажусь на диван рядом с ним. Нам пришлось переехать в дом моих родителей, потому что Лола и Фергюсон разместились в бывшей спальне Эда, ведь отец лишил Лолу и квартиры, а родители Фергюсона уже не в том возрасте, чтобы знать о происходящем, и он не желает даже отходить от своей девушки. Глория и Кэсс расположились в моей комнате, а Колл на диване. Мой дом оказался переполненным, и другого варианта, кроме как приехать в родительскую обитель, не было.
– Я же пытался, Джози. Говорил с ней, давал ей шансы. Я отлупил её, и она всё равно сделала это. Как? Как можно ненавидеть собственного ребёнка? Откуда это? – Шёпотом сокрушается он.
– Гарри…
– Нет, мало того, она и тебя подставила. Она свихнулась. Джози, твой дом обыскивали на наличие наркотиков!
Ах да, ещё и это было. Офицер полиции, которого я знаю с рождения был настолько зол на меня и возмущён моим поведением, что притащил целую армию, чтобы осмотреть мой дом. Он отругал меня. Припомнил о том, что будет, когда мой папа обо всём узнает, и мне реально стало страшно. Папа меня убьёт. И пока они не вернулись, мне нужно исправить ситуацию. Это было отвратительно. Это было гадко и неприятно. Но мне повезло, что я не наркоманка, и ничего такого в моём доме нет, кроме чёртовой муки, которую полиция даже понюхала. Идиотизм.
– Я не знаю, что тебе сказать, – шепчу, поджимая губы.
– Здесь и говорить не о чем. Слишком долго вы позволяли собой помыкать. И вот итог. Они увидели, что новшества приживаются здесь на ура, это им и не понравилось. Особенно, отцу Лолы. Он же рассчитывал больше всех зарабатывать, прямо как… один человек, которого я знал. Тот ещё козлина. В общем, вы сами это допустили, – цокаю и закатываю глаза, а Гарри делает глоток пива.
– А ты не участвовал в этом? Не держал язык в заднице, да, Эдвард? – Обиженно шиплю я.
– Нет, я не держал. Я никогда… – он замолкает, когда наши взгляды пересекаются, и тяжело вздыхает.
– Ну, да, держал. Ладно, завтра ещё попробуем набрать людей. И нужно найти место, где состоится вечеринка. Это должно быть где-то между двумя городами, чтобы все могли дойти туда и узнать о ней. Ещё атрибутика, костюмы, антураж, сцена… чёрт, я не занимался никогда чем-то масштабным. А если не выгорит, кроха? Если нас всех посадят, у ребят окончательно заберут их бизнес? Если я подставлю их, и они поймут, что Бруно был прав, хотя это не так? Если…
– Гарри, успокойся. Ты делаешь достаточно, чтобы они убедились, что ты ничего плохого не хотел. Поверь в себя. Ты можешь. Многое можешь. Ты из дерьма конфетку сделаешь, Гарри. А если и нет, то мы пытались, не так ли? Мы вложим все свои силы и распишем программу. Хуже быть уже не может, так что не нагнетай и не принижай свои способности, – перебиваю его, похлопывая по спине.
– Это такая ответственность, оказывается. Раньше я не задумывался о ней. Я избегал её, как и всего постоянного, ведь я молод, красив, и вокруг меня столько всего интересного. Я считал, что ещё не дорос до того возраста, когда должен нести за что-то ответственность, понимаешь? Я мнил себя двадцатилетним пижоном, которого где-то ждут. Но меня нигде не ждали. Меня, Джози. Не того, кем я являюсь, а меня самого. Не было искренности. Не было чего-то личного и близкого. А здесь… у меня друзья есть, и ты. Вас много, и мне нравится быть среди вас. Нравится быть частью чего-то большего. Я сам хочу этого. Поэтому сейчас я не могу себе позволить совершить ошибку. Я должен думать, а это для меня ново.
