— Это не правда!!! — закричал Кардо, но тут же осекся. Рассказывать о том, что он здесь потому, что Империи как раз совсем не наплевать на них, было по меньшей мере не этично. Он кашлянул, взял себя в руки, и одернув мундир, уже спокойным, высокомерным тоном продолжил, — хорошо. Я готов признать, что людям в министерстве и штабе командования, вероятно действительно нет никакого дела до полковника Ларса и остальных гвардейцев крепости, однако осмелюсь напомнить: ваш отец имеет звание генерала-главнокомандующего Имперской армией! И я сомневаюсь в том, что ему все равно в каких условиях служит его сын.
— Вы предлагаете мне, обратиться к отцу с просьбами наладить снабжение крепости? — Рико фыркнул, — это вряд ли. Я, насколько вы помните даже не имею права служить Империи, — он развел руками и криво усмехнулся, — не дорос еще.
— Не вижу в этом проблемы. Я имею. И я служу. И моему отцу, точно не все равно в каких условиях служу Я. А моему дядюшке смею вас заверить не все равно где проходят границы Империи. Я напишу. А вы передадите. Вы ведь можете… — он повертел рукой в воздухе, подыскивая подходящее выражение… — вот так же в Идару переместиться…
— Нет, — резко ответил Дерс младший, — вы возможно забыли, я не являюсь человеком. И сила Четверых на меня воздействует крайне болезненно.
— Но вы можете. Вы ведь уже бывали в землях Четырех, — уверенно произнес Кардо, — в двадцать восьмой день третьего месяца Лита. В окрестностях Альмеры. Осмелюсь заметить сейчас третий час Скома. Над Идарой сияют только Ском и Лит. Вы можете переместиться к отцу. Просто попросить передать конверт в министерство. Три-четыре удара сердца. Туда и обратно. Вы же понимаете, что такое бедственное состояние крепости — это не правильно.
— Хорошо. Я передам. Пишите, — зло прошипел Рико и растворился в тени стены.
Оставшись в компании лошадей, наследник Империи осмотрелся, и пройдя к наваленному рядом сену, уселся поудобнее. Достал бумагу с походным набором для письма и задумался. Написать блистательному хотелось много. Очень много! Однако нужно было ограничиться лишь официальным минимумом, с учетом личности передающего, как действительное прошение в министерство… А может и правда действительное, ведь ситуацию с рангарской крепостью необходимо исправлять, и как можно скорее! В итоге, когда спустя два энтима Дерс младший вернулся умытый, кое как расчесанный, в идеально белом, отглаженном мундире, Кардо уже размышлял, стоит ли ему ждать дальше, или отправиться в крепость на поиски Рико.
— Вам идет мундир, — заметил он, — вы в нем больше похожи на человека. Отчего не носите?
— Здесь негде брать новые, — сообщил Дерс младший, — не хотелось бы, чтобы через пару лет он выглядел как мундир полковника. Вы написали?
— Да, — Кардо помахал в воздухе исписанным листом, — однако я к сожалению, не успел запомнить имена, фамилии и звания всех гвардейцев, а для большей убедительности прошения, было бы неплохо приложить список. Поможете? — спросил он, и заполнив документ по диктовку, аккуратно свернул его, вложив в чистый, не запечатанный конверт, и протянул Рико.
Дерс еще некоторое время сверлил конверт довольно странным взглядом. Затем несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, как перед прыжком в воду и снова растворился в тени.
Тяжелые синие шторы в спальне отца были плотно задернуты, и никаких иных источников света не наблюдалось, и все же стоило Дерсу младшему выйти из потока, как его сразу с головой накрыло жгучим, режущим холодом. Мундир и белый кожаный плащ без капюшона совершенно от него не спасали. Помимо холода пришло еще и осознание собственной глупости. Глупо было надеяться, что в четвертом часу Скома отцу больше нечего делать, кроме как ждать каких бы то ни было прошений.
Главнокомандующий Имперской армии спал, а холод, с каждым ударом сердца, становился все сильнее и нестерпимее, точильным камнем царапая каждую частицу кожи, и сковывая дыхание.
Так и не решившись будить отца, Рико положил конверт на столик у кровати, и уже отступил в тень пытаясь нащупать в ней поток обратно, но вдруг подумал о том, что Иртас видимо такой же дурак, как и он сам. Чем еще объяснить чистый, не подписанный конверт? Торопливо отыскав в стоящем рядом трюмо, чернильницу с перьями, отчаянно стараясь быть аккуратнее он подписал прошение. Аккуратнее не получилось. Руки отвратительно дрожали и с трудом слушались, оставляя на конверте помимо довольно корявых рун, совершенно нелицеприятные кляксы, но искать где здесь хранятся чистые конверты, не было никаких сил.
Мысли путались и разлетались тысячами звенящих осколков, внутри единственного всеобъемлющего желания хоть как-нибудь согреться. Невероятным усилием воли сдерживая крик, Рико бросил перо рядом с конвертом, не став даже пытаться закрыть чернильницу, и нырнул в первый попавшийся поток с теплым запахом.
