Ученики стали с увлечением разучивать новый интересный прием. Коля, Виктор Хохряков, Вась-Карась и другие ребята разбились на три группы. В каждой группе было по два мяча. Два ученика кидали их, остальные — останавливали грудью.
Ребята посылали мяч не только руками, но и сильно били ногой. Мячи, свистя, с огромной скоростью резали воздух. Задерживать их грудью сперва было страшно: того и гляди, разобьешься. Но вскоре мальчики поняли — прием, показанный тренером, имеет еще одно огромное преимущество: выпятив грудь, а потом быстро с мячом «втянув» ее в себя, ты как бы смягчаешь удар, плавно уменьшаешь силу и скорость полета мяча.
И ребята перестали бояться сильных ударов, смело подставляли грудь наперерез мячу.
Все тренировались с увлечением. Только Валерий, казалось, скучал. Быстро, на лету схватывая все, он сразу понял и сущность нового приема. А тренироваться, упорно повторять одни и те же движения много раз подряд Валерию было неохота.
Так он привык поступать и в школе: способный и впечатлительный, он сразу усваивал новое грамматическое правило, алгебраическую формулу, быстро запоминал иностранные слова. Но закреплять знания Валерий ленился. И только острая память помогала ему получать «пятерки».
На следующем занятии Вячеслав Николаевич проверил, как ученики освоили остановку мяча грудью. И тут-то выяснилось — Валерий овладел новым приемом хуже других.
— Мало понять какое-то движение, мало запомнить его, — сказал тренер. — Футболист должен так овладеть каждым новым приемом, так привыкнуть к нему, сжиться с ним, чтобы производить его мгновенно, безошибочно и автоматически. В этом и заключается высокая техника настоящего игрока.
Через несколько дней утром Коля приехал на стадион с лопатой. У футболистов сегодня не было занятий, но Вячеслав Николаевич договорился с учениками: в полдень все соберутся на стадионе и отправятся на субботник в Парк Победы. Этого Парка еще не существовало, его только закладывали, и пионерам не терпелось поскорее включиться в работу.
Коля, как и его товарищи, еще ни разу не был на той голой, болотистой равнине, где скоро зазеленеет парк. Но из газет и радиопередач он знал — Парк будет огромный, с тысячами деревьев, аллеями, лужайками, прудами. Там построят и волейбольные площадки, и теннисные корты, и плавательный бассейн, и театр, и кино.
Ребята-спортсмены заранее сговорились: они попросят, чтобы им дали обработать свой отдельный участок парка. Они часто будут ездить туда и все сделают сами: выровняют площадку, посадят деревца, проведут дорожки. Как чудесно будет потом, лет через пять, притти в Парк Победы и знать, что на этом вот участке все сделано моими руками: этот тополь я посадил, для этой дорожки носил песок.
Парк Победы будет стоять века. И, наверно, какую-нибудь из его аллей назовут «Пионерской», потому что тысячи ленинградских пионеров, как и Коля, будут трудиться в Парке.
Тренер попросил Колю приехать за час до субботника. Вячеслав Николаевич хотел наедине позаниматься с ним.
Переодевшись и оставив лопату в раздевалке, Коля вышел на гаревую дорожку. Началась пробежка, но не совсем обычная.
Спокойно, неторопливо Коля отмеривал метр за метром по черной, пружинящей под туфлями, дорожке. Но вдруг раздался короткий свисток тренера. Коля мгновенно сделал резкий рывок, промчался с предельной скоростью метров тридцать и снова перешел на прежний спокойный темп.
Однако через некоторое время неожиданно снова прозвучал свисток. И вновь Коля резко увеличил скорость.
Это, казалось бы, простое упражнение, на деле было отнюдь не простым. Требовалось огромное внимание, собранность, умение мгновенно перестроить работу всех мускулов, чтобы вот так, как шофер рычагом, вдруг сразу включить «третью скорость».
Тренер в белом полотняном костюме стоял на поле, сбоку от дорожки, внимательно наблюдая за учеником. Вячеславу Николаевичу нравился этот спокойный, рассудительный, упорный паренек. И только с одним тренер никак не мог примириться: Коля был медлителен, чересчур добродушен. Казалось, ничто не может вывести его из равновесия.
Тренер видел способности мальчика, видел, что ему мешает, и с первых же занятий стремился «выбить» из Коли его вялость.
И сегодняшняя тренировка имела ту же цель.
Когда пробежка кончилась, тренер дал Коле отдохнуть, и они стали «отрабатывать» старт.
— Футболист во время игры вынужден брать десятки стартов, — сказал Вячеслав Николаевич. — И всегда неожиданно. Приходится вдруг, с места развивать предельную быстроту. Десятая доля секунды иногда решает участь состязания!
«Да, это верно! — подумал Коля, сразу вспомнив встречу мастеров «Восхода» с «Медиком». — Как здорово Ленский вывел тогда центрального нападающего Лузгина на удар по воротам! Не опоздай мастер всего на мгновение, не опереди его защитник медиков — был бы верный гол!»