– Полно тебе, хватит, опозорила, а теперь ластишься, – Софья Львовна сердито отстранилась от дочкиных объятий, – надо хорошенько подумать, как дело устроить… Ты иди пока, да вели Прошке, чтобы коли Михаил Павлович приедут, его сразу ко мне привели… А ты, мой друг, пока под ключом посидишь, не обессудь…
– Маменька!
– Для твоей же пользы, Катенька. Не спорь!
Мишель приехал только через три дня. Катенька провела их взаперти в своей комнате. Ни она, ни Софья Львовна не знали, что Мишель приедет в Телепин не один.
– Боже мой! – воскликнула Софья Львовна, увидев у себя на пороге незваного гостя, – Сергей Иванович, господин подполковник, рада видеть вас, но, какими судьбами?… Здравствуйте, подпоручик, – как можно холоднее поздоровалась она с Мишелем. Протянула руку, но почти тут же отняла, не давая поцеловать.
– Я приехал поговорить с вами, – решительно начал Сергей.
– Мишель, оставь нас.
– Но…
– Дорогая моя Софья Львовна, – как можно мягче произнес Сергей, – вы ведь не будете настаивать на том, что подпоручик присутствовал при нашем разговоре?…
– Нет, – растерянно произнесла Софья Львовна, – не желаете ли чаю, подполковник? У нас отличный чай, китайский… И наливка, если угодно…
– Иди, Мишель, – Сергей еще не успел договорить, а Мишель уже исчез из-под испепеляющего взгляда Софьи Львовны.
Домашняя наливка оказалась довольно приличной. Теперь Сергей мог говорить о деле. Софья Львовна церемонно ждала, помешивая ложечкой мутноватый чай.
– Я хотел поговорить с вами… о судьбе вашей дочери, – наконец заговорил Сергей, – господин подпоручик и Катерина Андреевна любят друг друга но, к несчастью, их взаимная страсть оказалась чересчур сильной… они не смогли противостоять зову натуры…
– Не понимаю, о чем вы?… – пискнула Софья Львовна, покраснев.
– Ваша дочь ждет ребенка от моего друга…
– Ах!
Софья Львовна поднесла руку ко лбу и сделала вид, что впервые слышит о чем-то подобном. Она даже подумала, что следует, для приличия, упасть в обморок, но Сергей продолжал говорить, и она никак не могла выбрать подходящий момент для того, чтобы закатить глаза и красиво поникнуть в кресле…
– Они любят друг друга, Мишель готов жениться, но его родители против… Зная характер его отца, можно предполагать, что если сын жениться без его благословения, он осуществит свою угрозу… не только проклянет, но и лишит наследства… В таком случае Мишель вряд ли сможет обеспечить вашу дочь… Ее ждет нищета… существование офицерской жены… гарнизонная жизнь… разве об этом вы мечтали? Разве этого вы хотели для вашей дочери?
– Нет! – вполне искренне воскликнула Софья Львовна, – и спросила уже не с надеждой, а с ужасом, – но он теперь обязан жениться?! Что же делать?
– Есть способ сохранить дело в тайне, – Сергей наклонился поближе к Софье Львовне, понизил голос, – доверьтесь мне… Репутация вашей дочери не пострадает…
Сергей говорит минут пять и за это время в голове Софьи Львовны произошел некий переворот, открылись горизонты, о коих она даже не подозревала: Мишель не казался ей более завидным женихом, более того – сама возможность союза подпоручика с Катенькой начала видеться в несколько ином свете…
Она еще поплакала немного и даже упала минуты на три в обморок – прямо на руки Сергея, но все же согласилась с тем, чтобы Катенька до родов уехала в Хомутец и вернулась оттуда так, «словно ничего не было». Сия фраза особенно порадовала Софью Львовну. Внебрачная беременность дочери была для нее всего лишь прискорбным происшествием, его следовало сохранить в тайне, но в Телепине это сделать было невозможно – слухи уже поползли от девичьей к кухне, от дворовых людей скоро прознают в местечке, а там, глядишь и соседи услышат о семейном позоре… О том, что будет, если сии слухи дойдут до мужа, Софья Львовна боялась даже думать… Нет, Катеньку следовало немедля удалить из Телепина – что и было сделано на следующее же утро. Андрею Михайловичу было объявлено, что Катенька едет погостить в Обуховку. О большем он даже спрашивать не стал, видя слезы на глазах дочери и нервное подергивание щек любезной супруги: как верный и любящий муж он знал, что при таких признаках лучше лишних вопросов не задавать, а тихо удалиться к себе в кабинет, согласившись на все.
Матвей уже ждал их в Хомутце – Сергей написал ему из Василькова обо всем, не раскрыв имени жертвы безрассудной страсти. Он просил у брата помощи, писал, что всецело рассчитывает на Матвея. Читая письмо, Матвей поймал себя на том, что он одновременно сердится на брата – и благословляет его. Наблюдать беременность, роды, рождение ребенка – было его давешней мечтой.
Прочитав письмо, Матвей поднялся к себе в кабинет, снял с полки несколько трудов по медицине, открыл раздел по акушерству. Читал, подчеркивал важное, оставлял заметки на полях, думал – кто она? Сколько лет? Здорова ли? Первая ли сия беременность? И не ложная ли? Сможет ли он помочь незнакомке, не обращаясь к помощи профессиональных лекарей? Все эти вопросы так растревожили его, что он долго не мог заснуть.
