— Почтовые вуло, — пояснил садовник. — Они хранились в сарае, в одном дне пути от дворца. Их нельзя было хранить здесь, или даже поблизости, поскольку это сразу возбудило бы подозрения.
— Это было разумное решение, — признал я.
— Но сарай был обнаружен и захвачен, — продолжил он. — Его сожгли, а почтовых вуло и их хранителей убили. Мне об этом рассказал крестьянин, пришедший сюда, чтобы продать дочь в дом контракта, ради её же собственного блага.
— Значит, придётся отправить пешего посыльного, — заключил я.
— Это займет время и будет крайне опасно, — предупредил Харуки.
— Тем не менее, — настаивал я.
— Кого Вы предлагаете подвергнуть такой опасности? — поинтересовался мой собеседник.
— Например, меня, — предложил я. — Спрячусь в туннеле и уйду после наступления темноты.
— Ваше исчезновение будет обнаружено задолго до наступления темноты, — сказал Харуки. — Асигару будут повсюду. Вас схватят, не пройдёт и ана.
— Мы должны рискнуть, — заявил я.
— Вы серьёзно? — спросил он.
— Конечно, — заверил его я.
— Возможно, — задумчиво пробормотал садовник, — Вы всё же не шпион Лорда Ямады.
— Кажется, это не имеет особого значения, — заметил я.
Садовник окинул меня пристальным взглядом.
— Пытаешься заглянуть в моё сердце, — констатировал я.
— Трудно узнать, что скрыто в сердце другого, — вздохнул он.
— Почтовая птица, — сказал я, — летит только в одном направлении, назад к своему родному насесту.
— Верно, — согласился Харуки, — и что?
— Как почтовые вуло попали в уничтоженный позднее сарай?
— Их привезли на телеге, — ответил садовник.
— Эта телега, — предположил я, — попытается привести в тот сарай свежую партию птиц.
— Там теперь только пепел, — напомнил Харуки.
— Но в стане Лорда Темму об этом могут и не знать, — сказал я.
— К сожалению, благородный, — вздохнул садовник, — как Вы и предположили, такая попытка была предпринята и, исходя из рассказа вышеупомянутого крестьянина, хозяин повозки попал в ловушку. Его схватили, а птиц перебили люди сёгуна.
— Постой! — хлопнул я себя по лбу ладонью. — Какой же я глупец!
— Что случилось? — насторожился Харуки.
— Почему Ты уверен, что почтовые вуло из тайного сарая были уничтожены, так же как их хранители?
— Все так думают, — пожал плечами мужчина.
— А разве не возможно, что некоторые израненные птицы выжили? — поинтересовался я.
— Насколько я понимаю, в этом нет ничего необычного, — признал он.
— Разумеется, — усмехнулся я.
— Я вас не понимаю, — сказал садовник.
— Лорд Ямада хитрец, каких поискать, — хмыкнул я. — Неужели он упустил бы такую возможность и не сохранил бы несколько птиц, знающих дорогу к замку Темму. Ведь их при случае можно использовать, например, чтобы ввести в заблуждение войска его противника, скажем, побудив их к расслабленности, в тот момент, когда сам он подготовил свои силы к быстрым и решительным действиям?
— Уверен, на этот случай должен быть предусмотрен некий знак, скрытый в сообщении, должный удостоверить его подлинность, гарантировать его от обмана, — предложил Харуки.
— Несомненно, — согласился я.
В противном случае, учитывая наличие шпионов и их возможности, птиц могли похитить и переправить как из замка Лорда Темму во дворец Лорда Ямады, так и наоборот, чтобы потом отправлять с в стан противника. Можно предположить, конечно, что такие тайные знаки, аналогично паролям и отзывам, регулярно меняются.
— Тебе, конечно, такой знак неизвестен? — уточнил я.
— Нет, — покачал головой Харуки.
— Но хранители птиц должны были бы его знать, — заключил я.
— Конечно, — согласился со мной он.
— Возможно, не все они умерли быстро, — предложил я.
— Вполне возможно, — не стал спорить Харуки. — Но нам-то знак по-прежнему не известен.
— Но если мои предположения верны, — подытожил я, — птицы где-то рядом.
— Я знаю только место, где держат почтовых птиц Лорда Ямады, — сказал садовник. — Туда они прибывают из земель Лорда Темму, и оттуда их забирают, чтобы увезти назад шпионам.
— Уверен, — обрадовался я, — захваченные в тайнике птицы, чей дом в замке Лорда Темму, находятся там же.
— Если таковые существуют, — добавил Харуки.
— Существуют, — заверил его я. — Наверняка, насесты находятся под круглосуточной охраной. Сколько там может быть хранителей, сколько охранников? Можно ли их отозвать, отвлечь внимание?
— Я попробую выяснить, — пообещал он. — Но что насчёт знака?
— Я не знаю письменность пани, — сказал я. — Также мне не знакома слоговая азбука, которой можно было бы выразить ваши иероглифы на гореанском. Полагаю, если бы я написал послание, пользуясь буквам, принятыми на континентальном Горе, этого было вполне достаточно. Но лучше я напишу на другом языке, который, насколько мне известно, на севере могут прочитать только двое, а во владениях Лорда Ямады таковых вообще не найдётся. Сейчас я вернусь в свою комнату и вооружусь бумагой и стилусом. Сообщение будет готово вскорости. Ты должен показать мне, где держат почтовых вуло Лорда Ямады.
— Будет лучше, если Вы передадите сообщение мне, — предложил Харуки. — За вами слишком плотно следят.
— А я могу тебе доверять? — осведомился я.
