Наконец наступило утро следующего дня. Шёл восьмой ан, и мы предположили, что к этому моменту Ясуси уже побывал у Лорда Акио, и тому хватило времени, чтобы осмотреть Незуми и идентифицировать её как бывшую Сумомо. После этого не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы прийти к логичному выводу, что воин пани, сидевший вместе с нами в загородке, и тарнсмэн, похитивший Сумомо, были одним и тем же лицом. Не было даже особого смысла приходить сюда, чтобы удостоверяться, что этим молодым тарнсмэном был Таджима. А дальше ему хватило бы простого словесного описания двух других из четырёх арестованных, чтобы опознать меня и Харуки, даже не давая себе труда ждать, пока нас доставят к нему.
— Отдай должное просу, — посоветовал я Таджиме, собирая пальцем остатки крупы со дна деревянной миски.
В загоне кроме нас находилось около полусотни заключённых, может немного больше, все мужчины и в большинстве своём крестьяне.
— Как Вы можете есть это, да ещё в такой момент? — удивился Таджима.
— Я голоден, — объяснил я.
— Я не собираюсь это есть, — буркнул Таджима.
— Бери пример с Харуки, — сказал я. — Он ест.
— Он — крестьянин, — пожал плечами мой друг.
— Я тоже ем, — напомнил я.
— Вы — варвар, — заявил он.
— Ты тоже варвар, — парировал я, — просто пани по происхождению.
— Я не хочу умирать с набитым животом, — пояснил Таджима.
— Вот это тебе точно не грозит, — усмехнулся я, — учитывая количество каши в твоей миске.
— Что верно, то верно, — не мог не согласиться со мной Таджима.
— Поешь, — посоветовал я. — Поддержи свои силы.
— Вы думаете это подобающе? — уточнил он.
— Конечно, — кивнул я.
— Ну тогда ладно, — вздохнул воин.
— Внимание, — прошептал Харуки. — Сюда идёт Казумицу.
Вообще-то, к загородке приближался не только офицер для особых поручений сёгуна, но и весь его отряд, два десятка мужчин в полном снаряжении.
— Я отдам свою жизнь достойно, — решил мой друг.
— Не торопись делать это, — сказал я, — пока.
— Почему это? — удивился он.
— Присмотрись к его людям, — посоветовал я, — они все со своими походными рюкзаками.
Когда Казумицу, а за ним и его мужчины, остановились у частокола, мы тоже подошли к границе загородки. Офицер вежливо поклонился и заговорил:
— Очень хорошо, что я сразу не направился к сёгуну. Благородный Ясуси спас меня от весьма затруднительной ситуации, а, возможно, и сохранил мою голову на плечах. Вы не те, кого я искал, хотя вас тоже четверо. Я сожалею о своей ошибке и том неудобстве, которое вы, возможно, испытали по моей вине. Лорд Акио осмотрел рабыню Незуми. Она — обычная полевая рабыня и, конечно, никогда не была высокой, благородной дочерью сёгуна.
Таджима, Харуки и я сам, встретили это сообщение молчанием.
— Мне не по себе от моей ошибки, — признался Казумицу, — но я не думаю, что это данный вопрос значим настолько, что мне может потребоваться обращение за помощью к ритуальному ножу.
— Конечно, нет, — заверил его я.
— Ты — варвар, — презрительно бросил офицер. — Что Ты можешь знать о таких вещах?
— Простите меня, — поспешил извиниться я.
— Я думаю, Вы правы, — сказал Таджима.
— Я тоже так считаю, — кивнул Казумицу, — и с радостью принимаю ваше мнение как подтверждение своей правоты, хотя и, по большому счёту, не нуждаюсь в этом.
— И чего мне ожидать теперь, — поинтересовался Таджима. — И что насчёт остальных.
— За вами, проницательный молодой воин, скоро придут, чтобы отвести к одному из офицеров лагеря, чтобы предоставить вам службу сёгуну. Таким, насколько я понимаю, было ваше желание.
— А что насчёт меня и моего друга? — спросил я, указывая на Харуки.
— Друга? — переспросил Казумицу.
— Да, — подтвердил я.
— Интересно, — хмыкнул он. — Вы двое вместе с другими, вероятно, по простому совпадению, присутствовали на постоялом дворе во время известных событий, а потому должны быть задержаны для допроса, который состоится завтра утром. Кроме того, Ты, чужестранец, по-видимому, дезертировавший из замка Темму Злодея, и можешь обладать информацией, представляющей определённый интерес, например, о силах, расположении и обстановке внутри крепости, и можешь оказаться полезным в качестве проводника.
— Мы будем рады оправдать доверие, — отозвался я.
— Воина вскоре освободят, — сообщил Казумицу. — Офицер охраны уже проинструктирован на этот счёт. Ты и тот, для кого Ты, как ни странно, использовал слово «друг», должны ждать здесь до завтрашнего допроса, после которого будет решено, что с вами делать, возможно, вы сможете уйти, куда вам будет угодно.
— Лорд Акио щедр, — сказал я.
— Такие великие лорды как он, мудры и справедливы, — заверил меня он.
— А теперь я должен вернуться к поискам таинственного тарнсмэна и благородной дочери сёгуна.
Сказав это, офицер любезно поклонился, повернулся и отбыл, сопровождаемый своими подчинёнными.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Таджима.
— Похоже, Лорд Акио хочет заполучить Незуми себе, — предположил я.
— Я убью его! — прорычал мой друг.
— Уверен, столь незначительная вещь, как рабыня, не стоит того, чтобы за неё убивать, — заметил я.
