— Небо, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, мы видим небо! — торжествовал Таджима.
Один из экранов, действительно, продемонстрировал нам затянутое облаками небо.
— И каменные стены вокруг, — добавил Пертинакс, — и такой же пол. Это похоже на пещеру!
— Наш дракон открыл глаза, — улыбнулся я.
— Целых шесть глаз, — сказал Таджима.
— Но выглядит и действует он так, словно их у него только два, — заметил я. — Он не должен выходить за рамки иллюзии настоящего дракона.
— Как думаете, у вас получится управлять им? — спросил Пертинакс.
— Надеюсь, что да, — ответил я. — В любом случае мы это скоро узнаем.
Я не думал, что у нас возникнут какие-нибудь трудности в этом плане, по крайней мере, с управлением движениями дракона. Сфера, размещённая на пульте, очень напоминала тот прибор управления, который использовался для ориентации в пространстве транспортного диска, а ползунок, что располагался рядом со сферой, должен был регулировать мощность.
— А для чего нужны эти шести сфер с дисками? — поинтересовался Пертинакс.
— Вероятно, это наши средства наблюдения за округой, — предположил я. — Давай проверим.
— Ух ты! — воскликнул Таджима.
Я слегка повращал сферу, которую я для своего удобства решил считать сферой номер один. Очевидно, она была связана с камерой, расположенной на левом боку дракона. Перемещение сферы, как я теперь убедился, ориентировало камеру, отклоняя её и выводя на экран картинку, скажем, левее или правее, выше или ниже от положения, выбранного по умолчанию.
— А диски вокруг сферы для чего? — спросил Пертинакс.
— Сейчас узнаем, — пробормотал я, поворачивая диск.
— Здорово, — прокомментировал Пертинакс.
Как выяснилось, диски оказались зумом, позволявшим приближать или удалять изображение на соответствующем экране.
— Можно разглядеть знаки на флаге в пасанге, — восхитился Таджима.
— Но упустить то, что происходит рядом с ним, — сказал я.
— Что мы будем делать дальше, Тэрл Кэбот, тарнсмэн? — полюбопытствовал Таджима.
— Теперь, — усмехнулся я, — самое время выпустить дракона.
— Он взлетел! — воскликнул Пертинакс. — Я вижу его!
Мой друг стоял у стены и, сдвинув в сторону стальную заслонку, выглядывал в узкую амбразуру, единственное отверстие, позволявшее выглянуть наружу.
— Дай мне посмотреть, — попросил Таджима, и Пертинакс уступил ему место.
— О, я вижу дворец, — сообщил я, — на экране. До него не больше пасанга на восток от меня.
— «На восток от вас»? — переспросил Пертинакс. — Вы и так во дворце.
— В смысле на восток от дракона, — поправился я.
Мы обычно думаем о себе с определённой точки зрения, что естественно для любого живого организма. Разве каждый из нас не находится всегда, так сказать, позади события? Разве с точки зрения отдельного индивидуума мир не крутится вокруг него? В конце концов, человек всегда находится в центре своего поля зрения. Тогда попробуйте предположить, что ваши процессы восприятия были так или иначе отделены от их реального местонахождения. Разве в таком случае не было бы естественно почти немедленно в психологическом отношении расположить себя в соответствии с требованиями привычек и знаний? Хотя я сознавал себя в небольшой комнате, во дворце сёгуна, посреди острова, у меня возникло ощущение тождества с огромным механическим животным, через глаза которого, если можно так выразиться, я смотрел на мир. Пожалуй, в тот момент это было не так, как если бы я оказался внутри него, как пилот мог бы сидеть в кабине самолёта, или как если бы я временно вселился в тело дракона, скорее это было, как если бы это я сам был этим драконом. Мне казалось, что я не столько внутри него, сколько как он и есть я.
— Я проведу его сюда, — сообщил я. — Я собираюсь сделать над дворцом три круга. Медленно. Величественно. На низкой высоте. Я хочу, чтобы дракона увидело как можно больше людей. Увидело и запомнило.
— Я вижу пятый этаж западного крыла дворца, — прокомментировал Пертинакс.
— Это именно то место, где мы с вами сейчас находимся, — сказал я.
— Вон внутренний двор, двор для занятий, площадка для стрельбы из лука, бараки, мастерские, стадион, — перечислял проплывающие по экранам виды Пертинакс.
— Стадион я узнал, — сказал Таджима.
— Там находиться бассейн с угрями, — пояснил я для Пертинакса.
— Гвардейцы, асигару и офицеры повсюду, — заметил Таджима.
— Это — первый раз, когда большинству из них довелось увидеть дракона, — пожал я плечами я.
— Многие в ужасе, — констатировал Пертинакс. — Многие закрывают глаза руками.
— Зато другие взволнованы, кричат от радости, приветственно машут руками, улыбаются и бегут под ним, даже в его тени, — сказал Таджима.
— А разве Ты не радовался бы, — поинтересовался я, — в присутствии столь могущественного союзника?
— Железный дракон взлетел ради Ямады, — усмехнулся Таджима.
— По крайне мере, они так думают, — кивнул я. — Так, а вот здесь надо задержаться. Вот! Смотрите на левый экран. Сейчас я настрою камеру и приближу изображение.
— Лорд Ямада! — узнал Пертинакс.
