— Это — пустяк, командующий, — донёсся до меня его крик.
Однако, по моему мнению это был далеко не пустяк. Я подумал, что было бы неплохо заявить права на Айко, которая всё ещё оставалась невостребованной, и отдать девушку ему. Уверен, за его долгое уединение, что он провёл вместе с тарнами, в ожидании возвращения нашего маленького отряда, у него была возможность сформировать некоторое мнение и заинтересоваться прекрасными и тонкими чертами Айко.
Хотя я упомянул о «Соглашении», однако это выражение было до некоторой степени эвфемизмом. По своей природе, это было больше походило на декрет или указ, наложенный теми, кто имеет возможность налагать и проводить их в жизнь, в данном случае, это была кавалерия, командование над которой теперь легло на молодого Таджиму, тарнсмэна.
Уверен, условия этого соглашения не показались приятными ни Лорду Ямаде, ни Лорду Темму.
Хотя воевать ни тому, ни другому не запрещалось, но им было запрещено воевать между собой. Если на результат конфликта между этими двумя домами действительно было заключено пари, то таинственных игроков, возможно, обитавших в глубинах обширного гнезда в Сардаре и в стальных мирах на далёкой орбите, ждало разочарование, поскольку в игре отсутствовал результат. В пари не было ни победителя, ни проигравшего. Кости исчезли, исчез и приз. Фигуры, не дожидаясь окончания партии, были сброшены с доски. Конечно, я по-прежнему не знал, имело ли место пари, и если имело, то на какую сторону, который из игроков сделал свою ставку. Но между двумя враждующими домами было заключено перемирие, и теперь враги могли жить в мире, пусть и неохотно, пусть и сверля друг друга злобными взглядами. Их владения, дворцы и крепости, дома и деревни были уязвимы для нападения с воздуха. Не существовало никакого щита против огня с неба. Даже высокий замок Лорда Темму, цитадель, выстоявшая в сотнях осад, более тысячи лет остававшаяся неуязвимой, была беззащитна против тех, чьими товарищами были облака. Я думаю, что очень немногие кроме меня самого и, возможно, Лорда Нисиды, понимали причины этих правил.
Конечно, я не питал особого оптимизма относительно того, что, даже если бы игре позволили дойти до своего конца, то проигравшая сторона признала бы полученный результат. Мне было трудно представить себе кюров, прекращающих жаждать зелёных полей Гора, и точно так же трудно было вообразить Царствующих Жрецов, добровольно делящих свой мир, даже его поверхность, со столь агрессивной, опасной и территориальной формой жизни, однажды уже разрушившей свою планету и построившей стальные миры.
— Как Вы думаете, сколько продлится эта договоренность? — поинтересовался Лорд Нисида, глядя на меня поверх чашки чая.
— По крайней мере, — ответил я, — до тех пор, пока не поменяются интересы невидимых других.
— Игра, если она существовала, — сказал Лорд Нисида, — закончена, как закончена и эта война. Наступило равновесие. Это — наше решение. Новое пари потребовало бы новой войны.
— Я уверен, что всё именно так и обстоит, — согласился я.
— Со временем, — вздохнул мой собеседник, — клинки снова будут отточены, и эти два дома снова вцепятся друг другу в горло.
— Давайте, постараемся, чтобы этого не случилось, — сказал я.
— Эти дома веками соперничают друг с другом, — напомнил он.
— Какое-то время, — предположил я, — кавалерия сохранит мир.
— Мир, — хмыкнул Лорд Нисида.
— Лучше такой, чем никакого, — пожал я плечами.
— Если только кто-то всерьёз не захочет повоевать, — сказал он.
— Конечно, — не мог не согласиться я.
— Вы — воин, — сказал он. — Кавалерия уже однажды была почти уничтожена. Это может произойти снова.
— Я так не думаю, — ответил я. — Меры безопасности усилены. Разведка организована. Сигналы оговорены. В горах на всякий случай разбиты запасные лагеря, которые позволят перевооружиться и перегруппироваться.
— Всегда есть опасность разногласий и коррупции внутри самой кавалерии, — сказал Лорд Нисида.
— Нет никакой гарантии, — усмехнулся я, — что морской слин не приплывёт, что ларл не выйдет на охоту, что ост не ударит.
— Таджима — хороший офицер, — улыбнулся он.
— Он хорошо служил вам, — заметил я.
— Как и Вы, — добавил даймё.
— Пертинакс решил отправиться вместе со мной в Брундизиум, — сообщил я.
— А что насчёт других? — полюбопытствовал Лорд Нисида.
— Кто захочет, — пожал я плечами.
— Вместо них кавалерию могут пополнить храбрые, верные мужчины, — сказал Лорд Нисида.
— Тут многое будут решено самими тарнами, — предположил я.
Тарн — птица агрессивная, пугающая, неприемлещая неуверенности, колебаний и страха. А некоторые из них, безо всяких понятных причин, не соглашаются принимать определённых всадников. Много мужчин было искалечено, и даже разорвано в клочья этими опасными «братьями ветра». Однако всегда найдутся мужчины, которые будут искать свои седла. Они рискнут жизнью, чтобы разделить полет с тарном.
— Рутилий из Ара, возможно, вам это будет интересно, — сказал Лорд Нисида, — теперь служит на кухне замка.
— Я в курсе, — кивнул я.
